Торквил рванул в дом вслед за остальными.
— Хршо, — пробормотал Варт.
— Ты ранен, — женщина подставила ему плечо, чтобы удержать на ногах.
Доблестный моргнул.
— Чефни мертв. И Демиз.
Изумруд взглянула на два трупа и отвернулась. Крови было мало. Она и прежде видела мертвецов, но это было иное. Ей нравился Чефни, он сожалел о том, что ему приходится быть лжецом, в отличие от Змея, который наслаждался обманом. Демиза она едва знала.
Она ошиблась. Ей следовало подумать о собственном деле. Это она послала этих людей сюда. На смерть.
— Давай пойдем внутрь.
— Я не смог помочь, — пробормотал Варт. Юноша шел, неуверенно опираясь на её руку. Лицо его скривилось от горя. — У меня не было оружия! Если бы со мной была Ловкость, я мог бы им помочь! — он сглотнул, словно пытался избавиться от дрожи в голосе. — Из, Чеф и Демиз были лучшими из нас.
— Сколько там заговорщиков?
— Только один, — глаза юноши распахнулись. — Это был один человек!
— Невозможно, — сказала она, наконец понимая, что именно он пытался ей объяснить.
— В мире нет фехтовальщика, дерущегося лучше этих двоих вместе! Это невозможно... я видел это!
Ужас на лице юноши испугал её.
Бегущий человек...
— На нем была магия, — сказала Изумруд. — Я не видела его лица, но могла бы узнать колдовство.
Старые Клинки поймали ненавистного доктора Скуллдиггера и его мерзкую жену, Кармину, перебежчицу из Белых Сестер, которая была почти столь же важной добычей. Эта парочка, и еще дюжина мужчин и женщин, сидели на полу в передней, схватившись руками за голову. Вокруг царила мрачная тишина. Сир Брам и сир Грейди стояли над ними, вынув мечи, словно так и ждали повода пустить их в дело. Звуки шагов наверху говорили, что обыск дома все еще продолжается.
Изумруд присела на стул, чтобы прийти в себя. Она отследила запах магии до места, некогда бывшего обыкновенной кухней, где красной краской была начерчена звезда. Не удивительно, что октограм должен был находиться на первом этаже. Будь дело наверху — духи земли проигнорировали бы призыв, а воздушные элементы не полезут в подвал.
Здесь она обнаружила Змея и Мать Шпинель, вместе с Раптором, Феликсом и Джулиусом они просматривали документы, обнаруженные на комоде. Потолок был таким низким, что Мать Шпинель вынуждена была присесть. Теперь она больше не походила на Сестру Жердь. Старуха приветствовала Изумруд одной из своих мрачных улыбок.
— Вот ты где. Можешь дать представителям второе показание, если хочешь, Сестра. Каким было последнее прочитанное здесь заклинание?
На мгновение Изумруд закрыла глаза, чтобы прочувствовать запах магии. Воздух, огонь... только то, что она ощутила в экипаже. Прошло слишком мало времени, чтобы успеть сотворить еще одно заклятие.
— Возможно, это было нечто, улучшающее память. Но в таком случае я ожидала увидеть больше элементов земли. Скорее всего, какое-то языковое заклинание, миледи.
— Ты просто повторяешь мое предположение?
— Нет, Мать. Я не вполне уверена, это новый октограм. Он не слишком пропитан.
Шпинель надулась.
— Любой дурак может увидеть, что краска новая, — старуха торжествующе повернулась к Змею. — Совсем недавно, не более часа назад, здесь творили языковое заклинание. Ты понял?
— Я не сомневался в Вас, миледи, — мужчина потерял свой прежний веселый апломб. Сейчас он небрежно перебирал стопки бумаг. — Значит, теперь он в совершенстве может говорить на шивиале? Это не делает меня счастливее.
Старуха пожала плечами.
— Ну, ты его упустил. Я уверена, у наших пленников найдется информация о том, куда он пошел и как выглядит. Магистр Милашка скоро получит нужные сведения. Ты поймал Скуллдиггера! Вот что важно.
— Важно то, что я потерял двух лучших воинов! Двух близких друзей!
Шпинель вздрогнула.
— Я не знала этого. Прости.
— Нет, — Змей развернулся и посмотрел на Изумруд. — Важно то, что у нас в руках почти оказался Серебряный Плащ. И мы упустили его. Мы даже не успели его хорошенько рассмотреть! А ты?
Кто такой Серебряный Плащ?
— Человек пробежал мимо меня... Он держал меч, поэтому просто оттолкнул меня с дороги. Я уловила запах магии, но не сильный. Я не слишком хорошо его разглядела.
— Я разглядел! — сказал Варт. Юноша стоял, прислонившись к дверному косяку. Сохранять горизонтальное положение ему явно было все еще трудновато, хотя теперь его бледность скорее казалась проявлением ярости, чем болезни.
— Как он выглядел? — требовательно спросил Змей.
Варт пожал плечами.