— Как у тебя прошло сегодня? — опомнился Кравцов, скрывая недовольство от перспективы простоять в очереди ещё минут десять. Однако перечить Меган не стал и даже старался делать вид, будто его радует происходящее. — Всё хорошо? Твой… как там его… Алланин…
— Аммелин!
— Сорян, — на русский манер произнес он, сдерживая смех от вида Меган. Её было трудно вывести из себя, но как только речь заходила про излюбленный препарат, Тэнт становилась крайне чувствительна, будто разговор шел о драгоценном ребенке. И, в каком-то смысле, это было именно так.
— Неужели так сложно запомнить? — шикнула она, порождая у Кравцова новую волну смеха.
— Я — спортсмен. Запоминать могу только указания тренера. И то ненадолго.
— Ты преуменьшаешь свои умственные способности. Согласно свежим исследованиям, проведенным…
— Началось, — страдальчески простонал Влад и перевел взгляд на пирс вдалеке. Конечно, он помнил название препарата. Сложно было не запомнить то, что слышишь по несколько раз в день да ещё и в восторженных интонациях. А так как Кравцову очень нравилось видеть обычно серьезную и собранную Меган возбужденной и эмоциональной, он терпел и слушал тонны информации о каком-то химическом соединении, способном оказывать потрясающий восстановительный эффект на суставную ткань.
— Подходите! — на полуслове рассказ Меган был прерван «молодой ведьмой».
Кравцов протянул девушке пару долларов, мысленно отметив глубокий вырез её черного платья, и шепнул Меган на ухо о том, что та могла бы найти и другие, в некотором смысле более традиционные, способы заработать на учёбу. Толкнув Влада локтем, принуждая не говорить глупостей, Тэнт, последовав примеру предыдущих людей, протянула гадалке свою ладонь.
Однако она решила помедлить, и рука Меган так и осталась протянутой. Чуть задравшийся рукав пиджака обнажил татуировку на запястье — маленькую колибри. Кравцов любил шутить, что эта птичка символизировала саму Тэнт — такая же миниатюрная, быстрая и привлекающая к себе внимание.
И в чем-то Влад был прав. Меган ассоциировала себя с этой птицей. Но потому, что колибри умеет летать задом наперед и вверх ногами. Несмотря на крохотный размер колибри обладает невероятно сильными крыльями и сердцем, что может биться фантастически быстро во время нагрузок. Тэнт была уверена, что и она может удержаться «в невесомости» даже если обстоятельства переворачивают жизнь вверх тормашками.
Даже если от тебя практически отказалась собственная мать…
— Особенные руки, — лениво и нарочито медленно протянула молодая девушка восточной внешности, продолжая смотреть на ладонь Тэнт. И когда Меган уже начала злиться и собралась опустить руку, незнакомка удивила её точным попаданием: — Такие же, как мои.
Меган нахмурилась, воспринимая это как оскорбление. И по недоброму блеску её глаз, гадалка поняла, что стоит рассказать чуть больше, а затем наконец коснулась протянутой ладони, с трепетом рассматривая.
— Ты усмиряешь боль. Это — великий дар.
Меган звонко усмехнулась, ощутив, как стоявший рядом Влад чуть не подпрыгнул от детского восторга, но тут же вновь стала серьезной и смерила юную девушку взглядом, полным скепсиса.
— Это — наука.
— У тебя есть сила! — с трудом сдержала эмоции гадалка.
— Она в моих знаниях, — кивнула Меган, всматриваясь в черные глаза, обильно подведенные такими же черными тенями, и буквально выдернула ладонь из цепких смуглых пальцев.
— Ты далеко зайдешь, слишком далеко, — с толикой обиды продолжила говорить она, — и за это придется платить. Самым дорогим. Ты к этому готова?..
Тэнт вяло кивнула и поежилась от очередного порыва ветра, делая вид, что даже не разобрала слов. Она легонько толкнула Влада, намекая, что им стоит уйти, но Кравцов, впечатлившись увиденным, уходить не хотел и теперь уже сам протянул гадалке руку.
Та громко хмыкнула и одобрительно кивнула головой, а затем, ухмыльнувшись, крепко обхватила его запястье и сильнее притянула к себе большую ладонь, нарочито пристально всматриваясь в переплетающиеся между собой линии. Но через секунду улыбка с её губ пропала, а Владу стало не по себе. Он никогда не верил в мистическое и потустороннее, но черные глаза «молодой ведьмы», буквально прожигали ладонь насквозь.