Мне нравилась кухня — самое оживленное место в Форте Грена. Что-то вкусное всегда жарилось на костре, слухи распространялись свободно, как и хлеб. Эту комнату вырезали первой. Широкая и глубокая, с большим проходом, направленным к полям и озеру вдали. Дым отсюда не выходил на Форт, он рассеивался без следа. Свежая вода текла сама и использовалась для готовки и умывания, я едва помнила колодцы.
Я помогала консервировать фрукты и засаливать рыбу, но лучше я общалась и показывала, какие травы из висячих садов форта могут использоваться в медицине и в еде.
— Перед исцелением мойте руки с розмарином, — объясняла я. — Крестовник помогает от боли в зубах. Эльхорн — от бородавок… — шумная толпа собиралась за столом, напоминая мне базарный день в Мерит, наш лоток, где я любила торговать. Информация была популярна, толпа обсуждала и отвлекала меня от Лорена. Мне приносили листья и стебли с интересом.
— Сорняки, — чаще всего говорила им я. Хотя это тоже можно было использовать, но объяснять было слишком долго.
Я училась и у них. Они показали мне, как делать неизвестные мне зелья, смеси из специй и козьего молока, которые высушивались до твердой лепешки, которую можно было взять с собой и растопить потом в котелке воды, превратить в насыщенный напиток.
— Бальзам, — называли они его. — Помогает очистить голову и придает сил. Его передают еще из древнего королевства Тарнека. Это наш самый лучший рецепт, — Тарнек, как я узнала, был загадкой. Путь к нему был проникнут тайной, забытой всеми.
Я узнала и историю Форта Грена. Семь семей пришли из Тарнека, больше семи поколений они вырезали крепость в карьере, их потомки разошлись по королевству, сделав крепость защитой для Хранителей и тех, кто ищет помощи. И Форт Грена спасал выживших. Из сгоревших деревень Юдин и его люди приводили оставшихся жителей.
На второе утро после нашего возвращения из Закрытого водопада они привели на кухню уставшего мужчину, найденного без сознания у карьера. Его появление вызвало большую шумиху, Юдин приказал всем собраться в Форте, не собирать травы, а пустить отряд по его пути. Кухня была переполнена людьми, что пришли посмотреть, как незнакомец поглощает миску за миской похлебки с дрожащими пальцами. Маленькая Мерри прошептала мне, что было опасно найти его так близко. Форт Грена был незамеченным поколениями, а теперь его чуть не раскрыли!
Но тревогу вызывал не мужчина, а те, кто за ним гнался.
— Солдаты, — сказала Мерри тихо, ее глаза были огромными, она была еще маленькой, чтобы знать о таком. — Мы слышали, что они рыскали неподалеку.
— Недалеко от нас, но далеко от дома, — прошипела кто-то еще.
— Почти, — отозвался незнакомец. Все повернулись. — Люди в темной броне, — прошептал он. — Тридцать. Сравняли с землей все в долине Пембрейк четыре ночи назад, забрали жителей. Всех.
— Так близко… — выдохнула она из матерей, прижав руку к горлу. — Почему они все заполняют шахты?
Другая женщина высказала то, о чем все думали:
— Они используют рабов, пока они не умрут, подлецы из Тира.
Всех передернуло от упоминания названия, а я вспомнила о бедной сестре Лилль. Но вдруг слепой Керл, который до этого храпел у костра, поднял голову и сказал:
— Все изменилось. Тир так далеко пошел не для заполнения шахт, — он посмотрел мутными глазами на незнакомца. — Они собирают армию рабов.
Незнакомец повернулся к еде, но другая мать выпалила:
— Мечтай, старик. Почему бы им не пытаться заполнить шахты? Юдин говорит, что жителей ближайшего города уже забрали, а других уничтожили изнутри. Засуха проявляет зависть.
— Зависть? От этого есть трава? — спросила у меня Мерри. Они спрашивали о травах от всего.
Я покачала головой и повернулась к Керлу.
— Зачем им армия рабов? Несколько их солдат причинят больше вреда. Я это видела.
Старик беззубо улыбнулся.
— Видеть можно по-разному, юная Эви. Может, ты видела разрушение, но не причину. Всех, он сказал, — Керл указал на незнакомца. — Дети не нужны в шахтах, но их можно вырастить послушными, научить жестокости. Дать им новый язык, чтобы они понимали только друг друга, — он фыркнул. — Армия строится из тех, кто умеет только сражаться за Тир. Армия для будущего создается для долгой битвы.
Часть верила мудрости, часть думала, что Керл тронулся умом. Но заговорил незнакомец, и тишина заполнила комнату.
— Не только армию. Тир набирает людей, чтобы устроить большой ход.
Мы уставились на него. Я спросила:
— Какой ход?
— Слепой прав, — грубо ответил он. — Тир использует жителей, чтобы бросать их в шахты. Но армия для другого. Говорят, что нашли путь в замок Тарнек.