Найла вернулась с худой старушкой. Гарейн отошел от Илоны и прорычал:
— Что это, Третэ?
Его состояние не испугало старушку. Она приблизилась с высоко поднятой головой и сказала:
— Да, я призвала Каргу по просьбе королевы. Мы заставили это жалкое существо выполнить задание. Вреда не было, у королевы было право…
— Посмотрите на нее! — прокричал Гарейн.
— Это сделала не Карга, — ответила Третэ.
— Тогда кто? И что нам делать?
— Гарейн, — вмешалась Илона. — Ларк сказала, что последствия принимает сама. Она сама подставилась, — она посмотрела на Третэ, и та кивнула. — Призыватели смогли добраться до ее раны, — она замолчала, понимая, что будет. — Ларк уже вернула свой амулет, потому выбрала жертву, надеясь, что это спасет Стражницк и Лорена…
— Нет! — Гарейн злился. — Не говори! Этого не будет! Ты что-нибудь сделаешь, Илона. Ты моя сестра, ее подруга. Ты — Целитель. И вы, мадам, — он закричал на Третэ, — у вас есть умения. Вы ее спасете, — он посмотрел на них и взмолился. — Вы должны.
Илона сказала:
— Гарейн, хукон исцелить нельзя. Никому…
— Нет! — его голос был полон угрозы. Дартен заслонил собой Илону. — Уходите! Все! Прочь! — и почти все покинули комнату, а Гарейн обнял Ларк, прижимая к сердцу.
Третэ сохраняла спокойствие.
— Мы можем попробовать, господин Гарейн. Мы с Илоной, — она придвинулась ближе и забрала Ларк из рук Гарейна, осторожно уложила обратно на кровать. — Поверьте, мы будем стараться сделать все возможное. Мы не позволим ей умереть.
Кем бы ни была Третэ, но они с Илоной будут работать так же усердно, как мы с бабушкой, когда спасали Ларк. Они будут играть нашу роль, роль семьи Ларк. Они защитят королеву лучше, чем я защитила свою кузину.
— Поищем книги, — сказал Дартен. — Вернем амулеты, пока не…
Илона остановила его.
— Книги испарились. Они… — она указала на окно, — не здесь, а где-то еще. Если они снова у Харкера, это одно дело. Но если нет, то они могут оказаться у тех, кто хочет управлять судьбами Стражниц, — она повернулась. — Нашими судьбами.
Гарейн ударил кулаками о стену.
— Дурацкие книги! — он в отчаянии посмотрел на Ларк и прошептал. — А я дурак.
* * *
Я покинула комнату, замок, ночное небо и оказалась на солнце, Харкер склонился надо мной.
— Вот, что ты наделала!
Я вцепилась руками в камень, пытаясь найти что-то устойчивое, пытаясь дышать.
— Я не знала, Харкер! Это было простое заклинание! — я была опустошена. — Я не хотела вредить!
— Вредить? Мои книги утеряны! Твоя кузина-королева отравлена!
— Нет! — я была в ужасе. — Они спасут ее!
— Призыватели ударяют, когда ты слаба, маленькая глупая Стражница! Если любопытство сгубило кошку, оно может погубить всех из-за тебя!
— Хватит! Хватит!
Но он не прекратил. Он злился и насмехался.
— Это ты! Это все ты!
Я закричала:
— Тогда я все исправлю!
Харкер развернулся и похромал прочь.
— Скажи! — я поднялась и пошла за ним, хоть он и молчал. — Скажи, как все исправить! — я вцепилась в рваный рукав, мы оба покачнулись. — Я не позволю кузине умереть!
— От хукона не спасти, — прошипел он.
— Я не верю! У тебя судьбы людей, ты знаешь их будущее! Это ты тоже видел!
— Я не знаю, что случится, Стражница! Откуда мне знать, если мои книги утеряны? — он заскулил и отодвинулся от меня. — Книги. Мои книги.
Ларк умирала, книги исчезли, амулеты теперь не найти. Я развернулась и бросилась прочь, сердце колотилось. Сзади доносились рыдания Харкера. Мои ладони сжались в кулаки. Несмотря на боль…
Я с силой заявила:
— Я найду твои книги, Харкер. Я верну их, если ты поможешь исцелить Ларк.
Плач резко оборвался.
— Я не могу исцелить ее…
— Харкер!
— Ты не слушаешь, Стражница Смерти! — он заставил меня слушать, замолчав. Ногти впивались в ладони, тишина была хуже его рыданий. Наконец, провидец склонил голову. — Я не могу тебе помочь, но Белый Целитель…
Я подбежала к нему.
— Где?
Он должен был видеть мою решимость.
— Далеко от того места, куда ты шла.
— Это не имеет значения!
— Не имеет? А твой амулет? А твой красивый спутник? — он едко добавил. — А раненый конь?
Я замешкалась, а потом с яростью сказала:
— Я пойду одна.
Харкер подпрыгнул. Он подошел ко мне, глядя в глаза, читая мою решимость.
— Да, — тихо сказал он. — Вижу. Это будет твоим секретом.
— Скажи, куда идти.
Он все еще говорил тихо: