— Вот это финал! — расплакалась бабулька с путеводителем. — Такой храбрый юноша!
— Любовь за гробом! — донеслось спереди.
Серега самозабвенно купался в лучах славы, сидя, раскланивался, как звезда сцены, налево и направо.
Шасси коснулись взлетной полосы. Санька с облегчением выдохнул и расползся кляксой в кресле. Он уже решил, что обратно будет возвращаться любым наземным транспортом, но только не по воздуху.
— Как тебе Серегины байки? — положив руку на Санькино плечо, полюбопытствовал аспирант на таможенном контроле.
— Круто! Но самолетом я больше не полечу. И не уговаривай!
— И не буду. Обратно вместе поедем, — улыбнулся Сергей. — Олег Борисыч меня в твои личные няньки перевел. Теперь, куда ты — туда и я!
— Да без проблем! — рассмеялся Санька. — А с ужастиками ты, это, клево придумал! Вот бы хоть один из них был взаправду!
— Взаправду? Типун тебе на язык! И плюнь три раза через левое плечо! А еще помолись, что твои слова не сбылись!
— Ты чего так? — испугался студент.
— Будь поосторожнее со своими мыслями и желаниями. Мы на древней земле. Остерегайся людей и надписей! Дольше проживешь!
— Ладно, Серег! Я же пошутил…
Санька поднял чемодан и направился к группе.
— Помни, что случилось со всеми, кто потревожил покой Тутанхамона… — предостерег аспирант замогильным голосом.
Нервно сглотнув, студент остановился, повернул голову, покосился на Серегу и опрометью бросился к Олегу Борисовичу и сокурсникам под тихий смех своего личного няньки.
Глава 2. Мумийный апокалипсис
— Скучно… — буркнул Санька, закидывая очередную лопату песка на старые деревенские носилки.
— Угу… Согласен… Скукотища… — зазвучали вразнобой уставшие мальчишеские голоса с другого конца раскопа.
— Понимаю, копали бы что интересное… А тут обычная свалка, только древняя, — поддержала парней Даша и, подумав, предложила: — Может, споём? Нашу, студенческую, копательную?
— Сколько можно горланить одно и то же? — взмолился Санька, втыкая лопату в сильно обвалившийся борт. — Вам ещё не надоело, что каждый день «Солнце восходит над речкой Хуанхэ, а китайцы на работу идут...»? Понимаю, были бы египтяне и несли бы они портреты любимого фараона.
Серега хихикнул, представив текст новой песни в древне-национальной аранжировке.
— Респект, Санька! Молодец, Дашка! Хватит с нас помоек! Даёшь нормальных находок! Мумий давайте! Саркофагов! Зря что ли сюда тащились? — летело со всех концов площадки, размеченной на квадраты.
— Сергей, — подкравшись сзади, шепнул аспиранту научный руководитель, — у нас бунт намечается на раскопках. Выручай. Ты же наша звезда. Нам ещё пару дней тут покопать осталось. Вдруг, что найдем?
— Они мумий хотят...
— Так дай им! Весь самолет мумией на лугу на уши поставил, а тут наплести какой-нибудь бред не можешь?
— Хорошо...
Рассказчик уселся на бортике и, загнусавив, громко произнёс:
— Внимание! Компания «Ужастик Энтертейнмент» представляет…
Его речь прервали оглушительные овации, на которые только могли восемь уставших копателей во главе с доцентом.
— ...представляет, — продолжил Серега, дождавшись приемлемой тишины, — нашумевший блокбастер этого лета со звездами мировой величины! «Мумийный апокалипсис»!
Первой звонко рассмеялась Даша, ее поддержали остальные.
— Ты серьезно? — воскликнул Санька, держась за живот. — Зомби — да, есть такой, но мумийный? Разве подобное бывает?
— Конечно! Неужели не интересно?
— Давай, Серега, жги! — поддержал парня Олег Борисович.
— Слушайте и бойтесь! — начал аспирант новую фантазию. — В недалеком будущем у одного президента очень большой и сильной страны был ядерный чемоданчик, который всегда находился рядом с главой правительства. Этот чемоданчик очень нравился маленькой дочке президента, что она захотела себе такой же. Папа души не чаял в любимом чаде и заказал ей точную копию, только красной кнопкой запускались не ядерные ракеты, а включалось на экране видео. Девочке было интересно, какие мультики смотрит папа в своем чемоданчике, вот она и поменяла их, когда президент в очередной раз забыл его дома. Дочка открыла замочки и нажала на красную кнопку... На экране появились странные полоски, а потом все исчезло: и девочка, и президент, и много-много людей...