Таким образом прошла половина лета. Наступил ужаснейший в своей жаре август, и дела с работой обстояли ничуть не лучше, чем пять месяцев назад.
— Как быстро наступает утро, - сказала Т/И в одну из невыносимо знойных ночей, уставшая от любви. - Такое чувство, будто время стало лететь намного быстрее.
— Может, оно и к лучшему, - отзывался Юнги.
— Почему?
— Потому что хорошо, когда всё плохое проходит быстро. День за днём, ты всё ближе к работе. Наши встречи, в свою очередь, - облегчение для меня.
— Наши с тобой встречи, да?
— Ну, а какие ещё?
— А когда ты встречаешься с другими, что чувствуешь? - девушка подвинулась ближе к говорящему и выжидающе глянула на него.
— Погоди,- поднялся айдол и слегка отодвинулся, - встречаюсь с кем?
— С другими женщинами, - ответила она спокойно, всё ещё не сводя глаз с собеседника.
— Не понимаю. Зачем мне видеться с кем-то ещё?
— Ты же мужчина. Вам всегда одиноко и всегда нужен секс. Иногда мы видимся раз в две или даже три недели. Хочешь сказать, всё это время ты бережёшь силы для меня?
— Ты же была в отношениях до меня?
— Да.
— И тебе изменяли?
— Да, - голос её дрогнул.
— Каждый раз?
— Получается, что так,- женщина отвела взгляд, отодвинулась и поджала губы.
— Ты встречалась с животными? - переспросил он с какой-то насмешкой. - Это странно - спать с кем-то ещё, когда ты в отношениях. Я и не думал, что такую очевидную вещь нужно говорить вслух.
— Мы встречаемся? - недоверчиво произнесла Т/И и подползла будто бы ещё ближе к кумиру.
— А разве нет? - ответил Юнги не менее удивлённо, посмеялся, и, не дождавшись ответа, взял руки Т/И и посмотрел ей прямо в глаза. - Мне так жаль, что ты сталкивалась с такими людьми раньше. Но это неправильно. Мне нравится проводить с тобой время, - он поцеловал её в правую щёку, - и я бы не хотел потерять тебя по такой нелепости.
— Пожалуйста, не говори ничего больше, - взмолилась Т/И и прижала свои губы к губам партнёра. Она отстранилась и внимательно посмотрела на его лицо, чуть не плача. - Я впервые чувствую себя в безопасности. Спасибо. Спасибо. Спасибо!
Ещё несколько недель пролетели для Т/И в напряжённом томлении. Она не перестала ходить на собеседования, однако каждый отказ теперь сопровождался истерикой “молчаливой” - она приходила домой, заново пересчитывала оставшиеся сбережения и на пальцах высчитывала все расходы. И чем больше времени проходило, тем чаще девушка становилась жертвой очередной ужасной панической атаки. Мир вокруг плыл и сужался, и в этот раз ей не нужен был алкоголь для того, чтобы почувствовать искажение пространства.
Со дня на день должен был выйти новый альбом, так что Юнги, несмотря на всё своё обычное внимание, не появлялся сутками. Вместо этого Т/И получала цветы каждые пару дней с записками, призывающими к заботе и любви к себе.
Спустя пару дней альбом всё-таки вышел, и тогда Мин и правда звонил ей раз в пару дней, излагая наскоро все события ближайших дней. “Когда это закончится, было бы неплохо съездить куда-нибудь уже вместе”, - говорил он уставшим голосом. Час за часом, они разговаривали о той невероятной совместной жизни, которая им предстояла, не будь оба так заняты сейчас. “Я надеюсь, что ты не чувствуешь себя плохо в таком завале”, - каждый раз повторяла Т/И, обеспокоенная тишиной голоса молодого человека.
В середине осени деньги на счету девушки закончились. Она долго смотрела на скромную цифру на экране банкомата, затем забрала карту, развернулась и пошла домой. Оказавшись в квартире, женщина сразу же начала доставать коробки и складывать туда вещи. Вещей у неё насобиралось всего на пять больших коробок. Даже в месте, где Т/И прожила треть своей жизни, не нашлось ничего существенно важного или необходимого. Здесь было пусто. С самого начала и до конца. Только воспоминания о прошедшей и не совсем любви стали огромным чемоданом, который осталось только аккуратно упаковать и взять с собой в предстоящую жизнь. Договор на съём жилья заканчивался через два месяца.
— Что-то случилось?- спросил вырвавшийся на день Юнги, наблюдая молчаливое поведение девушки по дороге в отель.
— Ты знаешь, я так и не нашла работу.
— Но Сеул достаточно большой для того, чтобы поиски были такими затянутыми.
– Юнги, - женщина по-собачьи преданно заглянула в глаза Мину и улыбнулась, - я возвращаюсь домой. Насовсем.
— Проблема в деньгах?
— Возможно. Но это и неудивительно. Я и так слишком долго держалась.
— Ясно, - отрезал он в ответ и посмотрел на неё как-то непривычно серьёзно. - Тогда, проблема только в жилье?
— Это не так уж и мало.
— Получается, что проблемы и вовсе нет.
— Это почему?
— Было бы неплохо, если бы ты переехала жить ко мне.
— Что?… - неверяще переспросила Т/И.
— Я думаю, что я люблю тебя, и мы вместе уже достаточно времени для того, чтобы я не боялся доверять тебе. Так что не знаю, есть ли что-то странное в том, что мы съедемся. В любом случае, если ты хочешь уехать, я не могу держать тебя.
— Я каждый раз так сильно удивляюсь тебе.
— В каком плане?
— Почему ты любишь меня?
— А для этого так уж нужны причины? Когда я впервые увидел тебя, то подумал: “У неё есть всё, чего я когда-либо хотел”. Думаю, мне показалось, что наш образ жизни был довольно похож. Кроме того, ты такая упрямая и решительная, а ещё ты - самая независимая женщина из всех, кого я когда-либо встречал.
— Я была влюблена в другого человека, когда мы начали встречаться, - возразила Т/И нерешительно.
— Да, я знаю. Я даже знаю, в кого. Но я думал, что это больше не так.
— Знаешь? - глаза девушки широко распахнулись, а брови поднялись необычно высоко.- Но…!
— Я не хочу говорить об этом. Ни сейчас, ни когда-либо ещё,- мужчина отвернулся.- Хотелось бы верить, что это в прошлом. И всё же, я не могу заставить тебя любить меня, понятное дело.
— Нет, - тихо пробормотала в ответ Т/И, - это не так. Прости, сегодня я сама не своя. Конечно, я люблю тебя,- сказала женщина и прижалась к руке айдола. - Прости.
========== Чувства и обязанности ==========
Может быть, Т/И всегда не доставало храбрости. Когда она была ребёнком, малышка никогда не осмеливалась сказать слово поперёк деспотичному отцу; когда девушке исполнилось пятнадцать, она не нашла в себе решимости отказать первому парню в близости; в девятнадцать лет она не допускала мысли о том, чтобы сбежать из родного города и начать жизнь там, где её никто не знает; к двадцати пяти женщина так и не начала поиски новой работы и всё ещё покорно выслушивала гневные родительские речи. Глубоко внутри всё грохотало и разрывалось раз за разом, а где-то извне до ушей офисной работницы доносилось только потрескивание льда в стакане с пивом.
— Они в самом деле добьют тебя когда-нибудь, - сказал артист, когда в очередной раз после телефонного разговора Т/И возвращалась в комнату с самым отсутствующим выражением лица. В таком состоянии она могла просидеть пару часов, поджав под себя ноги и игнорируя все внешние раздражители. - Не хочешь сделать что-то?
— Нет, - отрезала женщина.
— Что они говорят? - расспрашивал Юнги, подсаживаясь к ней.
— Ничего хорошего.
— А конкретнее?
— Ты знаешь, я так давно хочу, чтобы в один момент их голоса стали тише, - девушка едва открывала рот. - Не такая уж и большая просьба, да? Но они не замолкают, - голос Т/И пропал, а затем стал тоньше. - Сегодня, завтра, а затем послезавтра… Я хочу жить в спокойствии. Я хочу, чтобы мне не угрожали. Хочу, чтобы они забыли, что я есть, - она начала растирать по лицу солёные капли. - Почему они все ещё звонят, а?
— Чего они просят? - низкий голос был спокойным. Рука Мина крепко сжимала мокрую и дрожащую ладонь возлюбленной. Он смотрел на Т/И, почти не моргая.
— Просят? Они т р е б у ю т денег, - женщина зарылась лицом в колени и медленно помотала головой. - Я не могу сказать, что потеряла работу. Я н е д о л ж н а была увольняться. Ты знаешь, я так устала. Я просто… Не хочу больше… Ничего этого…