– Вы представляете некую секретную организацию, что ли? – Хмыкнув, всё же пожелал уточнить Панкрашин. – Подпольную, быть может?
Впервые незнакомка слегка замялась.
– Э-э… нет, совершенно нет. Наша деятельность вполне легальна, открыта, у нас имеются необходимые разрешения и одобрение со стороны правительства. Просто мы не заинтересованы в широкой огласке и афишировании проводимых исследований, иначе таковые теряют всякий смысл. К тому же нам нет резона привлекать излишнее внимание, как к себе, так и к своим зарубежным партнёрам. Кроме того, если мы с вами не придём к соглашению, данная информация для вас станет тем более лишней, а это повлечет за собой ненужные хлопоты. Потому, давайте опустим эти пункты и перейдём к тем, которые я уже озвучила.
– Правила, критерии, оплата? – Переспросил Павлович.
– Именно. – Подтвердила она.
– Ладно, валяйте.
В динамике послышался шелест бумажных листов, неопределённый механический щелчок, мужской голос что-то приглушенно и невнятно пробормотал рядом с микрофоном. Пауза затянулась примерно на минуту.
– Превосходно. – Не дав покинутому было собеседнику особо заскучать, вновь бодро произнесла скрытная леди. – Итак, начну со среднего пункта. Критерии. Скажите, Максим Павлович, вы, вообще, счастливый человек?
– Стопроцентно. – Без малейшего обдумывания заявил Панкрашин.
– Разве?! – Едва ли не с возмущением выразила сомнения она. – И потому столь много времени уделяете спиртному и просмотру старых видеозаписей? А не так давно, помнится, вы провели несколько суток в больнице, в реанимационном отделении, после неудавшейся попытки суицида, которую, впрочем, довольно умело представили, в последствии, как несчастный случай.
Что он мог на это возразить?
– Словом, навряд ли вас можно назвать человеком, удовлетворённым течением собственной жизни. – Между тем продолжала леди, резко сменившая образ эдакой доброй феи на прямо противоположный. – Постарайтесь не обижаться, но, вам уже за сорок, вы мало чего добились теперь и практически наверняка ничего не добьётесь в дальнейшем. Мизерная зарплата, отсутствие прогресса, как в карьерном росте, так и на личном фронте. Тупиковая позиция. А в перспективе – нищенская пенсия, пассивное ожидание конца. Безрадостная вырисовывается картина, правда?
– Еще немного и я пошлю вас к чертовой матери. – Предупредил Павлович.
– Не торопитесь, вы прослушали лишь вступление. Скоро настанет черёд великолепных сведений. – Пообещала «мисс-уничижение». – Дело в том, что для исследований мы и подбирали людей вашего, так выразиться, склада, статуса. Нас не интересовали преуспевающие личности, поскольку с ними всё слишком очевидно, но также нами не рассматривалась и категория лиц полностью опустившихся, коим нечего терять, и которые заранее согласны едва ли не на что угодно. А вот вы и вам подобные – средний класс и немногим ниже пролегающие прослойки – да, целиком востребованный тип. Вы томитесь в клетках безысходности, однако, еще окончательно не утратили надежды, верите в благополучие, свой потенциал. Потому способны сделать объективный выбор, всесторонне оценив ситуацию. Кстати, наш с вами разговор, это уже начало исследований, ведь результат его, положительный или отрицательный, непременно войдёт в базу статистических данных. Оплата только производиться пока не будет.
Панкрашин угрюмо ухмыльнулся.
– А когда будет?
– Незамедлительно. Само собой, при условии положительного ответа на наше предложение принять участие в игре.
– Сколько? – Решил узнать Максим Павлович.
– Один миллион долларов США. – Как бы, между прочим пояснила собеседница.
Вначале Павлович даже усомнился в здравии собственного слуха.
– Сколько-сколько? – Переспросил он.
– Один миллион долларов США. – Запросто повторила она. И добавила: – Данная неделимая сумма будет перечислена на личный счет каждого из участников, причем, еще до начала игры.
– Бред. – Буркнул Максим «Неверующий».
– Отнюдь. – Возразила щедрая «миллионерша». – Вы ведь не ознакомлены с правилами.
– С правилами? – Панкрашин наконец-то стал кое-что соображать. – Ах, да, да, да, сыр в мышеловке… И каковы же правила?
Пропустив мимо ушей метафорическую реплику насчет мышеловки и сыра, женщина поведала: