"Черт!" Пробормотал я. У меня был живой свидетель, человек, который мог бы мне все рассказать. Но мне пришлось убить его.
Я быстро поднялся на ноги. Люди в здании слышали выстрелы. Я подошел к распростертой фигуре и заглянул в его карманы. Ничего. Нет удостоверений личности, ложных или иных. Но на клочке бумаги было маленькое нацарапанное сообщение.
"Т. Ла Масия. 1930 г."
Я сунул бумагу в карман и подошел к окну. Я слышал шаги и голоса в коридоре.
Я распахнул окно и вышел на пожарную лестницу. Через несколько минут я оказался на земле, оставив здание далеко позади себя.
Когда я вышла на улицу, темнело. Сообщение в записке крутилось в моей голове снова и снова. На Авенида Казанова был ресторан La Masia. Я внезапно остановился, вспомнив. Я слышал об этом месте, потому что он был известен своей халлакой, любимым венесуэльским блюдом Тани, если бы она сказала мне и своему другу Людвигу правду. Могло быть, подумал я, что буква «Т» обозначает Таню, и что таинственный человек, по всей видимости, российский агент, намеревался встретиться с Таней там в 19:30 - или 19:30? Это была единственная зацепка, которая у меня была, так что я мог последовать за ней.
Я пришел в ресторан рано. Тани нигде не было видно. Я сел за столик в задней части дома, где я мог видеть все незаметно, и стал ждать. В 7:32 вошла Таня.
Она была такой же красивой, как я ее запомнил. Это не было иллюзией. Официант подвел ее к столику перед входом. Затем она встала и пошла по маленькому коридору в сторону дамской комнаты. Я встал и пошел за ней.
Она уже исчезла в комнате с пометкой "Дамы", когда я подошел к маленькой нише. Я ждал ее там, радуясь, что мы будем одни и вдали от людей в столовой, когда она выйдет. Через минуту дверь открылась, и мы встретились лицом к лицу.
Прежде чем она успела среагировать, я схватил ее и сильно прижал к стене. Она громко ахнула.
Она сказала. "Вы!" «Что ты делаешь? Отпусти меня, или я закричу».
Я хлопнул ее по лицу тыльной стороной ладони.
Я зарычал на нее. - «Как вы думаете, это какая-то игра в экспериментальной психологии?» «Нам с тобой нужно свести счеты».
«Если ты так говоришь, Ник, - сказала она. Она держала лицо рукой. Ее голос стал мягче.
«Я так говорю, дорогая, - сказал я. Я позволил стилету упасть на ладонь моей правой руки.
«Ты собираешься… убить меня?»
«Нет, если вы не сделаете это абсолютно необходимым», - сказал я. «Мы с тобой выходим из этого места вместе. И ты будешь вести себя так, как будто прекрасно проводишь время. Или ты получишь это под ребра. Поверь мне, когда я скажу, что убью тебя, если ты попытаешься что-нибудь."
"Можете ли вы забыть время, когда мы были вместе?" - спросила она тем чувственным голосом.
«Не обманывай меня, детка. Все, что ты сделала, было только бизнесом. А теперь двигайся. И веди себя счастливой».
Она вздохнула. «Хорошо, Ник».
Мы без проблем вышли из ресторана. Она приехала на машине, поэтому я заставил ее отвезти меня туда. Мы сели в него, и я сел за руль. Машина стояла совершенно одна на темном переулке.
"Теперь. С кем вы встречались в ресторане?"
«Я не могу вам этого сказать».
Я приставил к ней нож. «Черт возьми, ты не можешь».
Она выглядела напуганной. - «Он агент».
"КГБ?"
"Да."
"И ты тоже?"
«Да. Но только благодаря моим специальным знаниям - потому что я ученый. Я соответствовала их целям».
Я завел машину и выехал на Авенида Казанова. Я спросил. - "Куда ехать в клинику?" «И не играй со мной в игры».
«Если я отведу тебя туда, они убьют нас обоих!» - сказала она почти со слезами на глазах.
"Какой путь?" - повторил я.
Она была очень расстроена. «Поверните направо и следуйте по бульвару, пока я не скажу вам, куда повернуть снова».
Я сделал поворот.
"Где Юрий?" спросила она. «Тот, кто должен был меня встретить».
«Он мертв», - сказал я, не глядя на нее.
Она повернулась и с минуту смотрела на меня. Когда она снова посмотрела вперед, ее глаза остекленели. «Я сказала им, что вы слишком опасны», - почти неслышно сказала она. «Теперь вы испортили их грандиозный план».
«Ну, может, это было не так уж и здорово», - едко сказал я. «Это Димитров руководил этой главной схемой?»