– Конечно лжец! Я же у тебя красивая, вот он и рассказывает всем, что спит со мной. Он тебе завидует! – Кларисса села на колени к Мэтью и обвила его шею руками.
Мэтью всегда был немного недалеким. Возможно, из-за психологической травмы детства, а может, из-за физической травмы после лакросса. Но, как ни странно, Кларисса подходила ему как никто другой.
Они были токсичными людьми, которые ничего из себя не представляли, но почему-то считали себя выше других.
Так Кларисса с Мэтью сошлись, как два кусочка пазла. Дешевого и бесполезного пазла. Но каждый человек рожден не просто так. У каждого есть свое предназначение, даже у таких скользких и мерзких личностей.
– Милый. – Кларисса прикусила его за мочку уха и заговорила шепотом: – Помнишь, я тебе рассказывала про новенькую?
– Это которая попала в группу поддержки вместо тебя?
Кларисса больно укусила его за ухо. Мэтью стиснул зубы.
– И где теперь она? Ее вышвырнули, а я в чирлидерах! – Кларисса сделала глубокий вдох. – Видимо, наш Мейсон неровно дышит к ней.
– И что?
– И это хороший шанс убить двух зайцев одним выстрелом!
– Какой шанс?
– Мэтью! Не тормози! – Кларисса гневно взглянула на него. – Мы подставим Эйлин и тем самым причиним моральную боль Мейсону! А она намного больнее физической!
Мэтью кровожадно улыбнулся и впился губами в ее шею.
– Ты такая умница, Клар!
Она звонко рассмеялась и поцеловала Мэтью.
В комнате повисла гробовая тишина. Мейсон, насупившись, как обиженный ребенок, сидел у окна и смотрел вдаль. Эйлин устроилась на кровати и отсчитывала секунды.
«Где же ходят Стилла и Томас?»
Ребята пошли за антисептиком минут пять назад, но пока не вернулись. Эйлин начинала волноваться. Побитый Мейсон у окна немного смущал ее.
– Ты как? – почти как мышка, пропищала она.
Мейсон ничего не ответил. Он даже не обернулся, продолжая гипнотизировать идеально чистое оконное стекло.
«Ну все! Достал!»
Эйлин рывком встала с постели и, вплотную подойдя к Мейсону, нависла над ним. Он растерянно посмотрел на нее.
– В чем дело?
– Отвали.
– И не подумаю! Объяснись! Поначалу ты показался мне таким приятным парнем, а теперь…
– А теперь? – Мейсон поднялся.
Только сейчас она ощутила заметную разницу в их росте.
– Теперь ты ведешь себя как идиот! – пискнула она.
Мейсон смотрел на ее подрагивающие плечи. Возможно, они дрожали от холода, а может, потому что она его боялась. В глубине души он винил себя, ведь это он отталкивал ее и не позволял приблизиться. Мейсон считал себя трусом, он боялся еще раз почувствовать себя окрыленным. Боялся привязаться к человеку, а потом его потерять.
Мейсон рассматривал лицо Эйлин, такое красивое в лучах солнца. Она щурила глаза и изредка поднимала на него взгляд. Губы постоянно приоткрывались в попытке что-то сказать, но она молчала. Он привязывался к ней. Мейсон не ненавидел ее, но презирал себя за ощущения, которые охватывали его вновь.
Парень схватил ее за толстовку и притянул к себе. Эйлин от неожиданности задержала дыхание. Она стояла неподвижно, пока он все крепче сжимал свои объятия.
«Он решил меня задушить?»
– Прости… – сорвался шепот с его уст.
Эйлин не верила собственным ушам. Он перед ней извинился?
– Я и правда идиот. – Мейсон разомкнул объятия и посмотрел ей в глаза. – Я просто боюсь…
Входная дверь открылась. Томас и Стилла вошли в комнату с маленьким пакетиком лекарств. Томас окинул недовольным взглядом Мейсона и пошел к своей кровати.
Стилла подлетела к ребятам и начала извлекать лекарства из пакетика. Эйлин подумала, что лучше отложить разговор.
«Слишком много отложенных диалогов».
Приближался вечер. По рассказам Стиллы, с наступлением темноты в особняке Тормэн становится жутко. И она не соврала.
Как только стемнело, все тени, которые спали днем, повылезали и больше не прятались, особняк заиграл другими красками – мрачными, загадочными и устрашающими.
Сегодня по плану учеников собирали у костра – жарить зефир и рассказывать страшные истории. Стилле это напоминало летний лагерь. К сожалению или к счастью, Эйлин никогда не была в лагерях, поэтому она с нетерпением ждала вечера, чтобы попробовать что-то новое.
На заднем дворе тускло горели вырезанные к Хэллоуину тыквы. Ближе к лесу полыхал огромный костер, вокруг которого стояли лавочки, пуфики и стулья.