– Мадам, послушайте, – с отдышкой произнес Мейсон.
– Все завтра! Сейчас я не буду с вами это обсуждать.
– Но мадам Хидан, Мейсон не виноват! – вмешалась Эйлин.
– Мисс Блэк, поступило много жалоб…
– Дайте угадаю: от стайки «Гадюк» и кретина Мэтью? – фыркнула Стилла.
Мадам Хидан резко остановилась, взглянула на ребят и заговорила спокойным тоном:
– Мистер Мейсон, вы хороший человек, я знаю вас давно. Но даже я не могу помочь. Вы как с цепи сорвались, и это мистер Крейн заметил с самого начала учебного года. Завтра он побеседует с вами, а пока идите спать. – Она развернулась и пошла дальше по коридору.
– Твою мать! – выругалась Эйлин.
Вся компания удивленно посмотрела на нее. Мейсон усмехнулся и, подойдя к ней, заглянул в глаза.
– Все будет хорошо, – с улыбкой произнес он.
Поверила ли в эти слова Эйлин? Нет. Но она не собиралась сдаваться. Ее не устраивало, что этот вечер мог оказаться для них последним.
– Стоит действительно подумать об этом, мы что-нибудь придумаем, – сказал Томас.
– Том прав, мы проводим вас до комнаты. – Мейсон взял за руку Эйлин, и компания побрела по коридору.
Девушкам не спалось. Всю ночь они обсуждали прошедшую вечеринку. Стилла сидела с пустым взглядом и лишь изредка что-то говорила.
– Ты как? – поинтересовалась Эйлин. – Вид у тебя расстроенный.
– Томас… Я для него пустое место. В очередной раз убеждаюсь, что все мужики в моей жизни лишь вытирают об меня ноги. Отец, одноклассники, парни.
– Что ты такое говоришь? – Эйлин пододвинулась к Стилле.
– Эйлин, каждое лето для меня превращается в ад. Отец избивает меня, приводит домой новых девушек и мучает их, как когда-то мучил мою мать. Я пью гору таблеток, которые вызывают привыкание. – На ее глазах наворачивались слезы. – Я просто хочу быть любимой, нужной, желанной.
– Солнышко, – Эйлин обняла Стиллу и принялась убаюкивать, – все наладится, я тебе обещаю! Ты слезла с таблеток, ты же больше их не принимаешь?
Стилла помотала головой.
– Уже месяц. И мучаюсь из-за этого каждый день, – всхлипнула она.
– Ты невероятно сильная! Ты безумно дорога мне! – Эйлин задумалась. – А Томасу дай время, ты же знаешь, какая у нас сложилась ситуация.
Стилла вырвалась из объятий и сама обвила подругу руками. Уткнувшись носиком в шею Эйлин, она заговорила шепотом:
– Спасибо. Ты единственный человек, которому я доверяю и которого так люблю.
– У нас у всех в семье проблемы, – тихо произнесла Эйлин. – Мои меня в упор не замечают и считают это нормальным. Я на них не сержусь, моя сестра младше, и, наверное, ей нужно больше внимания.
– Ни хрена подобного! – выругалась Стилла. – Извини, но они ведут себя как безответственные скотины! У них два ребенка, а не один. Они в ответе за тебя и за твою сестру.
Эйлин было грустно признавать, но Стилла заметила верно: взрослые всегда учат детей думать головой и принимать правильные решения, но сами совершают кучу ошибок.
Эйлин приподняла подбородок Стиллы и заглянула в ее глаза.
– Я знаю только одно: за черной полосой всегда следует белая. Томас, родители, любовь – все это придет, я обещаю тебе.
– Просто будь рядом. – Стилла надула губки.
– Буду.
Подруги еще раз обнялись. Эйлин действительно верила в лучший исход: что Мейсона не выкинут, что Стилла будет счастлива, а Томас откроет свои глаза.
– Ну а у вас что? – шепотом спросила Стилла.
– Ты о чем?
– О тебе и Мейсоне. Вы встречаетесь?
– Я не знаю, наверное.
Эйлин и сама не понимала, что теперь между ними. Она просто хотела быть рядом с Мейсоном, встретить вместе еще хоть один рассвет и насладиться каждой минутой в его объятиях. Но все вмиг исчезнет, если завтра его выкинут из школы.
– Я думаю, что лучше прояснить это завтра, после того как он сходит к директору. – Стилла выдержала паузу. – Этот год очень странный.
Очень странный. Только глупец не заметит, что все ученики волновались – и причиной тому не грядущие зимние экзамены. Каждый боялся найти труп где-то за углом. Ребята теперь не проводили игры по вечерам, как это было раньше. В сумерки они боялись выходить из своих комнат, и никто не бродил поодиночке.
Стилла говорила, что человек десять покинули Серпентес и вернулись домой. Мало кто верил в случайное стечение обстоятельств. Но даже в такое темное время каждый надеялся на лучший исход.
«Так глупо», – подумала Эйлин, которая всегда верила в лучшее.