Кофе. Кофе. Кофе. Эйлин не могла думать ни о чем другом. Она поспала от силы тридцать минут и теперь пыталась срочно влить в себя несколько литров, чтобы взбодриться.
К счастью, столовая пустовала. Мистер Крейн ожидал Мейсона в восемь утра, а часы на руке Эйлин показывали шесть тридцать.
«Есть еще время».
– Доброе утро, Эли.
От неожиданности она вздрогнула, казалось, это приветствие взбодрило лучше любого кофе.
– Рэйдел! Твою мать…
Он сделал бровки домиком и подошел к ней ближе. Взяв ее за руку, он заглянул ей в глаза.
– Прости, я тебя напугал?
«Ты пугаешь меня сейчас».
Взгляд Рэйдела был добрым, шрам на лице – бледным и почти незаметным. Казалось, его шрам каким-то чудесным образом подстраивался под настроение владельца.
– Все нормально, я думала, что здесь никого нет. – Эйлин высвободила свою руку.
– Зашел за яблоком, они очень вкусные в Серпентесе!
– Они везде одинаковые, – усмехнулась она.
– Нет-нет-нет! Яблоки как люди! Где-то гнилые, а где-то насыщенные и сочные.
Эйлин посмотрела на него с нескрываемым непониманием.
– Но люди, как и яблоки, созревают от правильного ухода. Взять, к примеру, Мейсона…
Имя резануло по ушам. Захотелось увидеть этого спящего принца. До его пробуждения оставался еще час, как жаль, что Эйлин не сможет разбудить его поцелуем. Мейсона вообще было очень сложно разбудить. Во время поездки в Тормэн Стилла пыталась несколько раз – и все попытки заканчивались провалом.
– Мейсон тоже был гнилым, но в правильных руках…
– Я поняла! – Эйлин не заметила, как прикрикнула на Рэя. – Извини.
– Ничего, я все понимаю. Слышал о том, что его хотят вышвырнуть из школы.
Утренняя сонливость превратилась в уныние. Рэйдел давил на больное.
– Я бы мог помочь остаться нашему спелому яблоку.
– О чем ты?
Рэй не скрывал победной улыбки. Вот для чего он говорил все это: чтобы заинтересовать.
– Как я это сделаю, тебя не должно волновать, просто доверься мне.
– Спасибо… – Она произнесла это неуверенно.
Рэйдел был странным пареньком, и Эйлин ждала какой-то подвох.
– Но…
«Ну конечно…»
– Я не буду делать это просто так.
– Чего ты хочешь? Денег?
Рэйдел рассмеялся, а потом посерьезнел. Его шрам порозовел.
– Милая Эли, не все можно купить за зеленые бумажки. Я попрошу у тебя желание.
«Что? Совсем охренел?»
– Вижу по твоему лицу, что ты не рада этому, – продолжил Рэй. – Я не буду тебя просить делать то, чего ты сама не захочешь, я тебе обещаю.
Она задумалась. Можно ли верить этому маньяку? Но зачем ему обманывать? Ведь если он нарушит договор, то Эйлин нарушит его в ответ.
«Мейсон…»
– Ну, как хочешь. – Рэйдел развернулся, чтобы уйти.
– Я согласна!
Глава 25
Шипы. Розы. Гниль
Эйлин тяжело вздыхала у кабинета мистера Крейна, наворачивая круги. Волнение не покидало ее. Мейсона не было слишком долго, и Эйлин не на шутку волновалась. Она не понимала, каково было Мейсону один на один с судьбой. Но в коридоре царило молчание и переживание. Дэн сидел на полу и кусал щеки. А ведь когда-то и у Эйлин была такая вредная привычка. В моменты сосредоточенности она могла обкусать все щеки с внутренней стороны. В интернете писали, что это синдром психического расстройства. Эйлин не слишком поверила данным статьям, но от привычки все же избавилась.
– Твою мать! – Дэн поднялся на ноги и напугал Стиллу, которая сидела в кресле напротив. – Сколько можно? Его нет уже минут сорок!
Эйлин переглянулась со Стиллой. Та относилась с теплом к Мейсону и тоже за него переживала. Она любила его как брата, о котором всегда мечтала.
– Я уверен, что скоро мы… – Томаса перебил Дэн:
– Помалкивай! – В его взгляде прыгали чертики.
Такой спокойный и веселый Дэн за сорок минут превратился в паникера, который мог разозлиться даже на слишком назойливую муху. Вот что делает с людьми отчаяние.
– Пожалуйста, давайте успокоимся, – сказала Эйлин и усмехнулась про себя.
«“Успокоимся”? Кто бы говорил».
Дэн вновь рухнул на пол и схватился руками за голову. Что же будет, если Мейсона выкинут из школы? Еще недавно Эйлин бы вздохнула с облегчением от этой новости, но теперь она чувствовала лишь пустоту. Холодный и грозный Мейсон заиграл для нее новыми красками.
Часы над кабинетом мистера Крейна тикали слишком громко. Громко и медленно. Казалось, время тянется, как сироп, которым Эйлин любила поливать вафли.
На другом конце коридора показалась тень. Из мрака вышел Рэйдел и, подмигнув, вновь шагнул в темноту. Эйлин на автопилоте направилась в тот конец коридора, куда не падал солнечный свет, посчитав, что это был знак.