Утро «После»
Солнце светило мне прямо в правый глаз. Я его приоткрыла и застонала от головной боли. Незнакомая обстановка меня смутила.
— Вот же я накидалась вчера, — прошептала и повернула голову.
К щекам прилил жар, потому что мгновенно пронеслись эпизоды ночи и то, как я послала к хренам зарок не спать с мужиками на первом свидании. А у нас с Ярославом даже свидания не было. Знакомство, чтоб его!
Слезла с постели и на цыпочках побежала в душ, прихватив с собой одежду. Холодные струи били по коже, и я чувствовала, как дымка недоумения рассеивается. Правда, все же похмелье продолжало даже после душа долбить голову, жжение между ног напоминало о разврате, а урчащий живот о пропущенном завтраке. Совесть забилась в конвульсиях, потому что дома меня ждет собака.
— Как же неловко, — шептала я, водя по зубам указательным пальцем с пастой.
То, что творилось во рту вычистить не удалось, но освежить дыхание получилось. Умывалась я долго. Мой макияж сказал “пока” и растекся по всему лицу. Особенно тушь.
После всех процедур, я оделась и тихонько вышла из уборной. Ярослав спал, как убитый. Будить не хотелось. Не люблю я вот эти утренние встречи после секса. Тем более, не знала, как себя вести. Вроде бы все понравилось, но отношения продолжать не хотела. Заморачиваюсь? Возможно. Но так проще.
Я минуть пять любовалась ягодицами Ярослава, не понимая, накаченные они или от природы такие округлые и упругие… Даже немножко позавидовала. Взяла сумку, плащ, туфли в руки и аккуратно вышла из номера. Выдохнула. Сбежать получилось.
В лифте обулась и параллельно заказала такси. Присвистнула от цены на поездку и отменила. Доеду на метро. Узнала у администратора, как дойти до подземки и погрустила. С больной головой шагать минут двадцать, но ничего страшного! Прорвусь.
По дороге наткнулась на аптеку, и фармацевт без лишних слов дал антипохмелин и бутылку воды.
— Будьте добры еще гематоген кокосовый. Два.
Есть хотелось сильно, но Царь ждет. Время почти обед, а бедный песик не ел, не писал. Стало стыдно, капец. Вот, что значит, мать ушла в загул.
— К черту такие гулянки, — ворчала я, спускаясь в метро.
Сев в поезд, достала мобильник. Я и до этого видела пропущенные звонки, смс, но отвечать готова только сейчас.
“Кутузова, твою мать! Ты где”? — Аня негодовала.
“Арин, с тобой все в порядке? Ответь, пожалуйста”. — Вежливо, а главное, единично поинтересовалась Маша.
От Лейхнер пять звонков, десять смс. От бабули куча каких-то фото в чате, семнадцать звонков. От мамы три прозвона и столько же сообщений. А еще от Петровых… Закатила глаза. Стоит один раз отключить принципы, как начинают все выносить кукушку.
“Еду в метро. Болит голова. Готовь есть”, — ответила Ане.
“ Все в порядке, Маш. Мчу домой”, — написала Волковой.
Маму и бабушку оставила на десерт, а Петровых заблокировала. В пень их.
“С животинкой погуляла, покормила”, — пиликнуло сообщение.
“Готова тебя расцеловать за это. Спасибо”, — от души поблагодарила Аню.
“Благодарность не отделаешься. Жду дома”.
Вздохнула. По прикидкам, ехать мне еще минут тридцать, и пешком топать столько же. Но на улице можно напрокат взять самокат и домчать.
Так я и поступила. Правда, тупила с оплатой долго, но мне помогла девушка, сжалившись над моими потугами казаться москвичкой.
Погода стояла прекрасная. Солнышко светило, да теплом веяло. Я ехала на самокате, глотая ртом воздух. Мысли о вчерашнем вечере и ночи заполонили всю голову. Все не могла понять, как я решилась переспать с малознакомым мужиком. Нет, мне все понравилось, но неловко. Очень.
— Забей, — посоветовала я сама себе.
Притормозила у подъезда, оплатила трафик транспорта и выдохнула.
Домой я зашла тихо. Царь прыгнул на меня, словно мячик и ухватился зубами за платье.
— Нельзя, — шикнула на него и опустилась на корточки.
Собака радовалась встречи. Кусала, лизала, носилась вокруг меня. Царь не любил руки и предпочитал показывать любовь зубами.
— Ты же помнишь, что у нас сегодня спа? — Из комнаты вышла Аня, такая же помятая, как и я. — Может по бокальчику? Голова трещит, не умолкает.
— Держи, — порылась в сумочке и достала антипохмелин. — Пей. Я хочу, есть, кофе и излить душу.
— Ага, я тоже, — зевнула Лейхнер. — Переодевайся и топай на кухню. Жуть, как интересно все узнать.
Криво улыбнулась и сняла туфли.
Мобильник зазвонил неожиданно. Я споткнулась об коврик и рухнула прямо на коленки.
— Жива? — Прокричала Аня.
— Скорее да, чем нет, — расхохоталась. — Черт, Ярослав звонит, а я не готова к диалогу.