Через десяток секунд дверь вынесло мощным взрывом. Причём рвануло неожиданно сильно. Те, что были возле стены, не зря держались хоть и у стен, но подальше и заткнули уши. Ещё через несколько секунд, в бойницы полетели гранаты, а после их взрывов группа, один за другим нырнула внутрь блокгауза.
Некоторое время были слышны короткие резкие звуки, как будто дерут пень на щепы. Один раз бухнул взрыв и всё прекратилось.
В дверном проёме, ещё не полностью очистившемся от дыма, появился солдат и выглянув наружу показал кому-то большой палец. Впрочем не "кому-то", а самому Котовскому.
Когда он подъехал к Ганецкому, как раз прибежал один из солдат и доложил, что все объекты захвачены. Потерь нет.
- Даже прочухаться наглам не дали! - довольно заявил Котовский победным взором обозревая окрестности. - И поезд тоже захватили.
На путях стоял какой-то поезд, явно блиндированный. За ним ещё один, и, как хорошо было видно, состоявший сплошь из товарняка. Наверняка из тех, кто доставлял провиант и боеприпасы войскам на Моддере.
- И заметьте! От начала до конца прошли считанные минуты! - ещё больше надувшись от спеси заявил Котовский.
Ганецкий хмыкнул и вытащив из кармана жилетки свои часы сверился. Действительно: десять минут и вся станция, с прилегающими к ней строениями оказалась захваченной.
- И что будем делать с поездами?
- Ясно дело, что англичанам сие не должно остаться. Думаю, что если есть в поезде боеприпасы -- взорвём к чертям тот товарняк, вместе блиндированным.
- А если нет?
- Спалим... А что не спалим, поломаем... А что не поломаем, с путей сковырнём! - кровожадно заявил Котовский и приняв очередные доклады стал раздавать новые задания.
И тут подбежал радист.
- Товарищ Котовский! Валькирия передаёт!
- И что там? - тут же насторожился Котовский.
- В двух последних вагонах товарного, говорит, что снарядные ящики уложены.
- Это как она их сквозь стенки рассмотрела? - удивился Ганецкий.
- Не могу знать! - отозвался радист. - Но, говорит, что мы сообразим как сделать так, чтобы при столкновении с другим составом, что сейчас стоит на следующей станции, они сдетонировали.
Котовский крякнул.
- Вот же ехидина! И как она нас красиво заинструктировала! Кратко и со вкусом. С подсказками что сделать и прямыми указаниями что и где лежит!
- И кто такая эта Валькирия? - насторожился Ганецкий забыв давешний разговор.
- А вас разве не представляли? - несколько на показ удивился Котовский. - Ну...Эта... Сам полковник Румата... На базе.
- Не имел чести.
- А, ну так ещё, значит, представит! Это наша, так сказать, разведка. Небесная.
- ?!!
- Гы! Истинно говорю вам! Всегда когда надо приходит сообщение по радио от Неё. Я же говорил! А вы не верите! Ха! И в сообщениях всё -- и приказы, и разведанное положение врага... Всё. Также и места в вельде, где закладки припасов для нас... Ну вы вчера видели один. Мы его как раз разбирали.
- И что она?...
- Летает!
- ?!!!!!!
- Ну... Летает! - развёл руками Котовский и весь вид его говорил: "Ну как же! Вы это ДОЛЖНЫ знать!".
- И что? И здесь реально эти еропланы с пепелацами от Руматы что-ль?
- А как же!
- Итить твою!...
- Я думал, вы знаете, Лексей Николаич! Закладки - это они делают. Так сказать, по воздуху перекидывают. Быстро и со вкусом. Ведь сверху всё видно. И нагличан також видно. Всегда могут выбрать то место, где они ни сном, ни духом и вообще не найдут. А потом нам по радио говорят где что выложили и как найти.
- Вон-на ка-ак! - протянул Ганецкий. - А я-то думал как это они мне доставляли... Ведь нигде никаких следов вокруг закладки не нашёл. А ведь должны были быть. Копыта коней... А оно вона как! Хех! Хитёр полковник! А насчёт того, когда бронемобили бомбили... Я думал вы тогда так пошутили. Выходит это всё-таки правда.
- А то ж!
Пока "обменивались мнениями" прибежали вызванные сапёры. Получив нужные приказы убежали делать.
- И большой этот её пепелац? - продолжил интересоваться Ганецкий.
- Говорят, что небольшой. Но летает быстро.
Лицо у Ганецкого вытянулось.
- А у него, случаем, не треугольные крылья? - осторожно поинтересовался он.
- А! Вы его таки видели! - фыркнул Котовский. - Ну да: треугольные! И когда быстро летит.. высоко... то по небу след остаётся. Прямой как палка. Белый дым... Или пар.
От изумления Ганецкий выматерился. Прошлый раз он как-то не догадался уточнить, больше списав на обычную манеру Котовского шутить с серьёзной миной. Даже подыграл тогда. А тут...