Шли сравнительно быстро. Чему в немалой степени способствовала хорошая погода и хороший юго-восточный ветер плотно наполнявший паруса яхты. Мореходные качества у неё были таковы, что даже выжав всё из своих машин, совершенно не старые, и вполне даже современные паровые корабли еле-еле поспевали за лидером. Лидером, идущим под парусами. Что вводило в немалое смущение всех, кто был апологетом силы пара.
Мы знали, что ведёт яхту сам Васса Эсторский -- брат Руматы. И что ведёт её один. Сей факт ещё больше заставлял напрягаться и капитанов пароходов, и вообще всех, кто хоть чуть-чуть смыслил в мореплавании. Ведь парусник, идущий впереди, имел аж три мачты. Но полное отсутствие такелажа и какой-либо команды, которая ставила бы и убирала паруса, производило воистину мистическое впечатление.
По любезным объяснениям полковника Руматы, мы знали, что ставит и убирает паруса "автомат". Некое устройство чисто механического свойства. Типа наших же паровых машин, или механических игрушек, но только более совершенное. Но манёвры корабля под ветром, периодические смены парусов производимые автоматом за считанные секунды, всё равно производили дикое впечатление. Хотелось смотреть и смотреть на этот поразительно красивый корабль бесконечно. И не только за его красоту, но и просто ожидая нечто такое, что ещё не видано.
И, признаться, многие офицеры, кто не был непосредственно занят, находили в этом занятии истинное удовольствие.
После объяснений насчёт парусов, многие наблюдали за ним спокойно, хоть и с любопытством.
Но как оказалось, яхта была изобильна на разнообразные технические чудеса.
Шли уже третьи сутки нашего плавания, когда случилось ещё одно происшествие, повергшее в изумление всех наблюдавших за эволюциями яхты, и знающих, что на ней всего один человек.
В тот день, стояла великолепная погода. И, как уже было заведено, группа из наших офицеров вышла на верхнюю палубу, дабы полюбоваться окружающими видами. А так как берег был далеко, то главной достопримечательностью была, как водится красавица яхта, идущая параллельным курсом.
Мы до этого были уверены, что на капитанском мостике постоянно находится господин Васса. Потому что яхта периодически совершала некие эволюции по курсу движения. Но каково было наше удивление, когда мы увидели, что прямо посреди одной из таких эволюций на верхнюю палубу яхты вышел её единственный пассажир и капитан, разложил там кресло, уселся в него и принялся читать принесённую с собой книгу!
Вид яхты, совершающей эволюции без какого бы то ни было контроля со стороны человека, был настолько странным, что мы поспешили за объяснениями к находившемуся неподалёку полковнику.
- И что тут странного господа? - скучающим тоном ответствовал полковник Румата. - ну переложил брат управление на авторулевого и вышел проветриться! Простейший авторулевой на яхте давно изобретён. Мы же просто сделали для своей более сложный и отвечающий за бОльшую часть необходимых и рутинных манипуляций.
- Так это вы... - изумился капитан Белецкий.
- Не я! -Тут же поспешил поправить его полковник. - А мой брат проектировал все эти механизмы и саму яхту.
- И вообще, господа! - добавил чуть помолчав полковник. - Привыкайте к чудесам науки и техники. В век двадцатый мы вступили! А он... Он будет очень, очень, ОЧЕНЬ странным и страшным. Вам просто не будет доставать душевных сил удивляться разным техническим новинкам, что посыплются вам на голову как из рога изобилия. Вы же как-то привыкли к голосовым радиостанциям?
- Да, товарищ полковник! - ответствовал капитан, как было заведено в нашем экспедиционном корпусе.
- А ведь скоро появятся... Не в нашей экспедиции и не в этой войне, боевые аэропланы и прочие технические устройства. И все вам придётся осваивать. Чтобы не отстать от жизни... А уж разнообразных автоматов будет -- только держись! - с философским видом заключил он и вдруг переменив тон на шутливый заключил: