Они выбрали один из пустующих столиков. В ожидании хозяйки Крэйвен краем глаза следил за перемещениями вооружённых людей. Больше всего это смахивало на армейский штаб. В противоположном углу восседал с двумя товарищами особо колоритный вояка. Весь перебинтованный, но по-прежнему боевой. Именно эта троица и являла собой эпицентр всей суеты. Забегали люди с донесениями. Получали указания и уносились прочь. Никто не пил и не закусывал.
- Чего изволите? – К ним подошла усталая и растрёпанная женщина.
Глаза её были опухшими, как после ночи, проведённой в слезах.
- Нам бы поесть и припасов в дорогу.
- Сделаем, - Бесцветным голосом ответствовала хозяйка и собралась вернуться на кухню.
- Простите, уважаемая, - Вмешалась Мариса. – Что-то случилось? Кто все эти люди?
- Охотники за головами. Чтоб им пусто было, - Последнюю фразу женщина пробубнила едва слышно.
- И кого ищут?
- Мальчишку и мага, - Она смахнула набежавшую слезу. – А такой был приятный молодой человек. Кто ж знал?
Крэйвен с Марисой многозначительно переглянулись.
- Это они, - Прошептала Мариса, едва хозяйка скрылась на кухне. – Алекс… В смысле Кадай и княжич.
- Вполне возможно, - Согласился Крэйвен.
- Выдвигаемся! – Мариса решительно встала из-за стола. – Пошли!
Крэйвен поморщился и огляделся, пытаясь понять, не слышит ли их кто из охотников.
- Погоди ты. Не суетись.
- Мы его почти нашли, - Мариса всё-таки села на место, но еле удерживалась, чтобы не вскочить снова. – Я не хочу упускать его снова.
- Их ищут профессионалы, - Попытался урезонить её Крэйвен. – С собаками. Думаешь у нас больше шансов?
- Ну, а что ты предлагаешь?
- Подождём здесь. Тут их старшие, - Крэйвен кивнул на троицу в противоположном углу. – Если Кадая найдут, то приволокут сюда.
***
Что может быть хуже ожидания? Только необходимость бездействовать, когда до цели рукой подать. Они изнывали от вынужденного безделья.
Мариса вернулась к своим загадочным упражнениям, постоянно заправляя локон за правое ухо. Что-то у неё не складывалось, и девушка тихонько ругалась.
Крэйвен медитировал над кружкой весьма слабенького вина, цедя по глоточку лишь для виду, и вслушивался в разговоры охотников. Близился вечер, а у тех, похоже, никаких подвижек не наблюдалось. И это было крайне странно. Охотников больше, у них собаки и лошади. Маловероятно, чтобы Кадай обладал талантами следопыта. Княжич так уж точно – городской мальчик. Как же так вышло, что они будто сквозь землю провалились?
- О, получилось! – Неожиданно раздался возглас Марисы.
Крэйвен поднял на неё взгляд и потерял дар речи.
- Золотая… - Девушка озадаченно разглядывала жёлтый кругляш с квадратным отверстием посредине. – Почему она золотая?
- Спрячь! - Он накрыл руку девушки вместе с золотой монетой своей ладонью. - Не приведи Мэйма, увидит кто.
Глава 28
Ленгмар был уверен, что худшая ночь, выпавшая на его долю – это позавчерашняя. Дядина попытка убрать его чужими руками, нападение магов на замок, затем кошмарное крушение парома. Боги явно решили доказать, что тяготы отнюдь не закончены.
Почти в кромешной темноте бежать через лес неизвестно куда, ориентируясь лишь на смутный силуэт - это испытание не для городских мальчиков…
Как тщедушному магу удалось так вовремя превратиться в гору мышц – вопрос отдельный. Главное, что эта способность помогла отбиться от охотников за головами.
Но сейчас… Ветки безжалостно хлестали по лицу, ноги то и дело цепляли какие-то корни и кочки. Ленгмар сотни раз падал, но с завидным упорством поднимался и продолжал этот безумный бег. Лёгкие горели, перед глазами плавали красные круги, а затем и вовсе пошли странные видения, и юноша уже не мог с уверенностью сказать, что реально, а что нет.
Он давно потерял счёт времени и, казалось, бег длится вечность. Но вот силуэт впереди притормозил. Его о чём-то спросили, но сознание отказывалось воспринимать вопрос иначе, чем бессмысленный набор звуков. Ленгмар кивнул, как послушный болванчик, соглашаясь на всё что угодно, и без сил рухнул на какую-то корягу, моментально погружаясь в сон.
Но даже там видения не отпускали его из своих цепких лап. И он снова бежал, бежал… падал, вставал и опять бежал. Неизвестно куда, неизвестно от кого. Единственной неизменной деталью оставался смутный силуэт чуть впереди.
Когда он вынырнул из этой пучины галлюцинаций, то самым сильным чувством была жажда. Жажда и холод. Но жажда сильнее. Ленгмар обвёл взглядом окрестности. Кадая рядом не было, и острые коготки страха заставили внутренности сжаться в тугой ком.