- Ладно. А что ты скажешь насчет Оскахины?
- Обитель Оракула? Интересный выбор, - Сухой ненадолго задумался. - И правила тамошние вам на руку, преследовать не рискнут. Хм… Обычно туда морем то и ходють, но можно и через горы. Сухой знавал парочку подходящих перевалов.
Следопыт некоторое время бубнил себе под нос названия каких-то деревенек, речушек, долин и иных ориентиров. То и дело он оглядывался, будто вживую представляя все ключевые точки предстоящего пути. Ленгмару показалось, что даже принюхивается.
- А что, Сухому нравится, - Старик расплылся в одобрительной улыбке. – Вы безумцы безумные, но выбрали недурно.
- Так сколько ты хочешь за свои услуги?
Ленгмар слабо представлял во сколько может обойтись проводник до Оскахины. Он только и мог вспомнить, что от Пируссы это ещё пара дней кораблем вдоль берега, а вот сколько пешком и через горы… Зато Ленгмар чётко понимал, что тех жалких капиталов, которые у них имелись может и не хватить. Он замер, ожидая ответа следопыта. Пусть тот и не станет сдавать их охотникам, но и за пару скутумов работать не обязан. Откажет, и Кадай вернётся к своей дурацкой идее отобрать одежду Ленгмара. Но Сухой своим ответом удивил:
- Дак ить это… - Он помедлил, а затем закатал штанину, выставляя напоказ изуродованную ногу. – А сколько будет стоить привести её в порядочный порядок?
- Её уже нельзя привести в порядок, - Мрачно заметил Ленгмар. Ему хватило и беглого взгляда, чтобы с отвращением поморщиться. – Рана старая…
Сухой сглотнул, но перевёл взгляд на Кадая. Может, он уже слышал подобный вердикт от лекарей и раньше, уж больно спокойно отреагировал. А Кадай не проронил ни звука, лишь приблизился, внимательно осматривая ногу.
- Сухой не дурак. Сухой видел, как ты менялся на лицо. И как уделал Хлыста… Ты сильный маг, у тебя должны быть связи… - И без того косноязычный следопыт с трудом подбирал слова, а Кадай уже присел рядом с ним и ощупывал усохшую конечность, которая выглядела просто костью, обтянутой кожей. – Знакомства там с магами какими шибко магическими. Только чтоб лечить могли, а не лицом меняться.
- Угу, вот в чём дело, - Невпопад заметил Кадай, ещё немного задрав штанину и оголив уродливый шрам на внутренней стороне бедра. Он явно не слышал рассуждений Сухого. – Пожалуй, можно было бы…
- Так чего?.. – Оживившись, переспросил Сухой. – Есть такие знакомые?
- Зачем? Я и сам могу.
- Как так? - На лице следопыта читалось искреннее удивление. – Сухой же видел, ты – оборотень многоликий.
- И что?
- Да где же это видано, чтоб оборотень лечить умел?
Ленгмар тихонько хихикнул. Ещё совсем недавно он охотно бы согласился со стариком.
- Ложись! – Скомандовал Кадай. – Посмотрим, что сможет сделать для тебя оборотень многоликий.
Юноша сразу понял, что сейчас станет свидетелем небывалого. Если ещё совсем недавно он удивлялся лёгкости, с которой Кадай проделывает, в общем-то, обычные для лекарей манипуляции, то браться за такую старую рану – это просто за гранью возможного.
Чудо здесь и сейчас, не сходя с места. Даже приготовлений особых не понадобилось. Кадай уложил пациента на расстеленный плащ, зафиксировал штанину, чтобы был виден шрам… А вот дальнейшие действия не отличались зрелищностью. Ленгмар втайне надеялся, что сложность предстоящей операции вынудит Кадая прибегнуть к чему-нибудь из привычного арсенала магов-лекарей. Чтоб можно было подсмотреть, запомнить, попытаться адаптировать под себя и повторить… Но нет. Странный маг, потерявший память, стал действовать в своей обычной манере.
- Так больно? – Он всего лишь провёл рукой над шрамом, даже не притрагиваясь к ноге.
Сухой отрицательно мотнул головой. Кадай повторил манипуляции. На этот раз следопыт поморщился и зашипел, пытаясь инстинктивно отдёрнуть ногу.
- Прошу прощения, но я должен был понять, где заканчивается проблемная зона. Дальше будет не больно.
- Ничего, ничего. Сухой потерпит…
А Кадай вновь погрузился в сосредоточенное состояние. Только и делал, что водил туда-сюда рукой над усохшей конечностью и периодически хмурился. В эти моменты он переключал внимание на здоровую ногу Сухого, некоторое время изучал её, удовлетворенно хмыкал и возвращался к прежнему занятию. Ленгмар за это время чего только не предпринял, чтобы разгадать секрет его техники. Даже втихаря достал Крылья ветров. Но кинжал, который однозначно светился, чувствуя действия магов при нападении на замок, упорно не подавал признаков жизни. Объяснений могло быть два: либо Кадай пока и не приступал к использованию магии, либо кинжал реагирует только на магию повелителей стихий. Причем второе заодно объясняло и то, отчего дядя за столько лет так и не заподозрил способностей в самом Ленгмаре.