- Жди нас одну ночь. Если не появимся – уходи, - Наставляла она тогда Вереска. – Мы – маги. Если уж мы не справимся, ты помочь не сможешь. Если всё пойдет по плану – уйдём своим способом. Тебе его лучше не знать.
Теперь же… Имея на руках бессознательное тело и никаких гарантий, что это тело Алекса, помощь Вереска казалась очень даже кстати. Вот только почему место встречи так далеко от города?
- Ну, что? – Вася пыхтел как паровоз. Тащить спасённого приходилось ему. Да ещё в колодках, которые так и не придумали как снять, чтоб вышло аккуратно и без членовредительства. – Не видно этой каменюки?
- Не видно…
Мариса боялась, что они давно прошли нужное место, просто не заметив ориентиры в предрассветных сумерках. Уже решили плюнуть и устроить привал прямо на обочине, как показался злосчастный валун, а за ним и нужный холм.
- Это вы? – От маленького костерка к ним бросился протрезвевший Вереск. – Я так переживал! Как всё прошло?
- Терпимо. Спасли вот одного… - Вася бережно сгрузил ношу на расстеленную у огня циновку. – Не уверены, что это наш, но других там не было.
Вереск, хмурясь, осмотрел бывшего пленника.
- Это не Кадай, - Резюмировал он. – Даже не похож…
- Ты уверен? - Васин вопрос прозвучал очень жалко, почти умоляюще. – Он ведь, знаешь ли, умеет облик менять.
Мариса прекрасно понимала, почему Вася цепляется за очевидно нерабочую версию. Она и сама устала. А уж каково напарнику? Он выложился там, в замке, потом раскурочил кусок городской стены, лишь бы не связываться со стражей на воротах. Ещё и неудобную ношу волок пару километров в темноте по разбитой грунтовке. Если это не Алекс, то усилия приложены зря. Всё придётся начинать сначала и ещё неизвестно, в каком направлении.
- Да? Ну, не знаю… При мне он такого не умел. А этот парень похож на иннола, что Грома побил, - Вереск задумчиво огладил бороду и, переведя взгляд на Васю, наткнулся на искренне непонимающий взгляд. – В Уствине, по случаю ярмарки, каждый год бои проводят. Вы, может, не слыхали, но Гром – он местный чемпион. Был… И раза в три крупнее этого иннола.
- Блин! Ну, не знаю я, где мы облажались, - Васю прорвало. Слова «блин» и «облажались» были сказаны на языке реального мира и искусно вплетены в местную речь, но Вереск понял подтекст и не стал уточнять. – Может, смотритель нам уши нагрел? Может, там ещё камеры были?
В этот момент пленник пошевелился и едва слышно застонал. Мариса шикнула на Васю и потребовала, чтоб все немедленно заткнулись. Бурдюк с водой, приложенный к губам, заставил того сделать глоток. Затем ещё и ещё. Вроде стал приходить в себя. Глаза на мгновение приоткрылись и, естественно, что первой в его поле зрения попала Мариса.
- Мэйма, - Губы расплылись в улыбке, но бывший пленник был ещё очень слаб, и явно удерживал сознание на грани. – Ты услышала мои молитвы. Ты пришла.
- Тихо, тихо, - Мариса стала гладить больного по волосам, успокаивая. – Мы тебя спасли. Теперь всё в порядке.
- Милосердная, прости. Я же иннол и всю жизнь поклонялся Духам Глубин, - Он вновь открыл глаза и попытался взять спасительницу за руку, но помешали колодки. – Я не верил по-настоящему! Не верил, а ты всё равно пришла.
Человек бредит. Бывает. Ну, спутал он её с кем-то. Может с возлюбленной. Хотя, при чём тогда духи каких-то глубин?.. Мариса не обратила бы особого внимания и списала всё на последствия травмы, но краем уха уловила, как Вереск шепчет «Да не обойдёт нас стороной благоволение Милосердной». А когда покосилась в его сторону, то заметила, что ещё и лба так странно рукой касается: кисть сомкнута в кулак, лишь большой палец отставлен и толи волну им на лбу чертит, толи букву «М». Жест явно религиозный. Одним словом, «занятно», как сказал бы шеф…
- Не извиняйся. Ты обознался, но в твоём состоянии это не удивительно. Моё имя не Мэйма, а Мариса, - Она дала спасённому сделать ещё пару глотков. – А тебя как зовут?