До 1925 года партийные съезды собирались ежегодно, а затем — реже, чередуясь с партийными конференциями, менее официальными и менее многочисленными. ЦК собирался три — четыре раза в год. Съезды, партконференции, пленумы ЦК продолжали играть роль форумов, на которых обсуждались важные проблемы. Однако, из-за того что Секретариат манипулировал выборами делегатов, результаты обсуждений были заранее предрешены. На самом деле лишь из Политбюро, состав которого увеличился вначале до 7, а затем до 9 человек, исходили все высочайшие решения.
Таким образом, именно Ленин создал почву для сталинского диктата в последующий период. Благодаря его усилиям партия приобрела непререкаемый авторитет в однопартийном государстве и стала довлеть над решениями советского правительства. Сам Ленин наделил себя такими обширными полномочиями, которые были неприемлемы для лидера справедливого демократического государства.
Однако вскоре он открыл для себя одну фатальную истину: безграничная власть, которой он обладал, не давала вождю мирового пролетариата права на бессмертие. В мае 1922 года он перенес первый инсульт, вследствие которого на несколько месяцев должен был отойти от дел. Осенью он вернулся к работе и даже произнес несколько речей, но было совершенно очевидно, что его физические силы подорваны. 12 декабря по совету врачей Ленин уединился в своей квартире в Кремле, а еще четыре дня спустя у него случился второй, еще более тяжелый инсульт, в результате чего наступил правосторонний паралич. Третий инсульт, поразивший Ленина 9 марта 1923 года и лишивший его дара речи, приблизил его к трагическому финалу. Он жил еще десять месяцев, но уже не работал.
Эти события всколыхнули высшую партийную среду. Вопрос о том, кто будет преемником вождя, витал в воздухе и заслонял все другие вопросы. Верные ученики на примере учителя видели, каким лакомым куском является власть. Они также понимали, что чем безграничнее эта власть, тем сильнее разгораются аппетиты ее обладателя. Борьба за лидерство в партии приобрела гротескные формы. Она усиливалась прежде всего потому, что Ленин не делал никаких намеков относительно кандидатуры своего наследника. Это еще раз подчеркивает, что его не заботило истинное положение дел в стране: он не надеялся увидеть конечный результат своих преобразований, и поэтому учиненная им разруха нисколько его не смущала.
Из числа всех соратников Ленина наиболее выделялись две фигуры: Троцкий и Сталин. Первый, по собственному выражению Ленина, был «самый способный человек в нынешнем ЦК». Ко второму, вплоть до конца 1922 года, Владимир Ильич питал дружескую симпатию.
Утверждение о том, что Ленин никогда не благоволил Сталину и всегда относился к нему с подозрением, не соответствует действительности.
«В. И. Ленин очень ценил Сталина, — писала младшая сестра вождя, М. И. Ульянова, в президиум Объединенного пленума ЦК и ЦКК РКП(б) 26 июля 1926 года. — Показательно, что весной 1922 г., когда с В. И. случился первый удар, а также во время второго удара в декабре 1922 г. В. И. вызывал к себе Сталина и обращался к нему с самыми интимными поручениями, поручениями такого рода, что с ними можно обратиться лишь к человеку, которому особенно доверяешь, которого знаешь как истинного революционера, как близкого товарища. И при этом Ильич подчеркивал, что хочет говорить именно со Сталиным, а не с кем-либо иным. Вообще за весь период его болезни, пока он имел возможность общаться с товарищами, он чаще всего вызывал к себе т. Сталина, а в самые тяжелые моменты болезни вообще не вызывал никого из членов ЦК, кроме Сталина».
Учитывая, что письмо датировано 1926 годом, когда Ленина уже не было в живых, а Сталин пришел к кормилу власти, можно предположить, что оно было написано под давлением. Но существуют и другие документальные свидетельства явного расположения вождя мирового пролетариата к своему верному и последовательному ученику. Документы указывают, что за четыре месяца безвыездного пребывания Ленина в Горках Сталин посетил его 12 раз. Именно ему было направлено письмо от 17 июля 1922 года с требованием безжалостной высылки за рубеж «без объявления мотивов» представителей русской интеллигенции. До определенного момента влияние Сталина в высших эшелонах власти возрастало с подачи самого Ленина.