С этого момента Лазарь Каганович начинает получать различные партийные задания и назначается на всевозможные партийные и правительственные должности. В начале 1930 года он становится первым секретарем Московского областного, а позже и городского комитета партии, а также полноправным членом Политбюро ЦК ВКП(б). Учитывая, что партия контролировала жизнедеятельность всего Советского государства, новая должность первого секретаря Московского городского комитета вручала сталинскому выдвиженцу ключи от столицы. Понятно, что такое доверие нужно было оправдать. Каганович служил Сталину с особой преданностью, боролся с его противниками так, будто это были его личные враги, невзирая на их прежние заслуги перед «социалистическим отечеством». Когда накануне XVI партсъезда в Москве проходили районные партийные собрания, ему доложили, что Крупская, выступая на Бауманской конференции, подвергает критике методы сталинской коллективизации как противоречащие ленинскому кооперативному плану. Она еще не успела закончить свою речь, как Лазарь Каганович прибыл на место и, взобравшись на трибуну, заявил, что как член ЦК Крупская не имеет права выносить свои критические замечания на районную партийную конференцию. Затем он привел в замешательство слушателей следующим железным аргументом: «Пусть не думает Н. К. Крупская, что если она была женой Ленина, то она обладает монополией на ленинизм».
Первая половина 30-х годов — период, когда власть Кагановича была наиболее сильна. Подобострастное отношение к Хозяину проявляется даже в его внешнем облике. Если вначале он носил аккуратную бородку, подобно Ленину, то вскоре сбрил ее, оставив только усы на манер сталинских. В годы коллективизации в те районы страны, где возникали наибольшие трудности, направлялся именно этот помощник вождя. В частности, он выезжал на Украину, в Воронежскую область и в Западную Сибирь. Повсюду его приезд означал тотальное насилие по отношению к крестьянству. Особенно жестокие репрессии Каганович обрушил на крестьянско-казачье население Северного Кавказа. Под его давлением бюро Северо-Кавказского крайкома партии осенью 1932 года приняло решение выселить на Север всех жителей трех крупных станиц, число которых достигало 45 тыс. человек. Двенадцать станиц подверглись частичному выселению за пределы края.
На «освободившиеся» места переселялись крестьяне из малоземельных деревень Нечерноземья.
Видимо, учитывая этот «аграрный опыт», Сталин назначил Кагановича заведующим вновь созданным сельскохозяйственным отделом ЦК ВКП(б). Он также руководил в 1933–1934 годах организацией политотделов МТС и совхозов, которым на время были подчинены все органы советской власти в сельской местности и в задачу которых входила также чистка колхозов от «подкулачников» и «саботажников». В этот же период Лазарь Каганович по совместительству стал руководителем Транспортной комиссии ЦК ВКП(б). А когда Сталин уезжал в отпуск к Черному морю, именно он оставался в столице в качестве временного главы партийного руководства. Каганович был одним из первых, кого наградили высшим новым знаком отличия — орденом Ленина.
В 1933 году в СССР началась очередная чистка партии. Каганович стал председателем Центральной комиссии по проверке партийных рядов, а после XVII партсъезда и председателем Комиссии партийного контроля при ЦК ВКП(б). Именно он как председатель оргкомитета по проведению исторического XVII съезда организовал фальсификацию результатов тайного голосования в ЦК, уничтожив около 300 бюллетеней, в которых была вычеркнута фамилия Сталина. Это принесло Сталину убедительную победу над его оппонентами.
Будучи первым секретарем Московского городского комитета партии, Каганович внес ощутимую лепту в реконструкцию столицы. Здесь ему пришлось столкнуться с крупными проблемами. К 1930 году население Москвы выросло более чем на миллион человек. Жилищный вопрос был обострен до предела. К тому же трамвай не справлялся с перевозкой пассажиров, а автобусов насчитывалось всего около 200 и их маршруты соединяли город с пригородами. 90 % площади улиц составляли булыжные мостовые. Больше половины домов были одноэтажными. В некоторых частях города отсутствовали канализация и водопровод.
К многочисленным разрушениям исторических памятников в 20-х годах, когда сначала Лениным, а позже и Сталиным проводился «крестовый поход» на православную церковь, имел причастность и Каганович. Как человек необразованный и не разбиравшийся в вопросах культуры и искусства, этот сталинский помощник не мог способствовать прекращению безумной войны советской власти против русской культуры. Одна его фраза, в которой он подчеркивал малоценность старой Москвы, говорит о многом: «…пролетариату в наследство осталась весьма запутанная система лабиринтов, закоулков, тупичков, переулков старой купеческо-помещичьей Москвы… плохонькие, старенькие строения загромождают лучшие места нашего города».