Кронпринцесса Виктория была права, говоря о цинизме канцлера. Если у него и были какие-то «незыблемые принципы», то они заключались в отсутствии оных. Это же кстати, в полной мере можно применить и к его «личному еврею».
Помимо парламента, у него, Бисмарка, была и другая опора: после неслыханных побед во франко-прусской войне на его стороне была огромная, нерассуждающая масса германского населения, охваченного патриотическим восторгом.
Над Германией пролился золотой дождь громадной французской контрибуции. Это породило бурный оптимизм – все казалось возможным. Это дивное время называли эпохой грюндерства – периодом в экономическом развитии Германии и Австрии XIX века до экономического кризиса 1873 года.
Экономический подъем этого периода достиг своей вершины в невиданном до этого буме, и эти последние годы считаются «грюндерством» в узком смысле слова. Это было массовое лихорадочное учредительство акционерных обществ, банков и страховых компаний, сопровождающееся широкой эмиссией ценных бумаг, биржевыми спекуляциями, созданием дутых предприятий.
Итак, перспектива легкого получения денег вызывала никогда не виданный до того рост деловой активности, но все это было мимолетным успехом: огонь, ярко вспыхнув, моментально гас. Никто не брал на себя труд вести хозяйство на солидной основе, все должно было происходить как можно быстрее и приносить как можно большую прибыль. Даже самые серьезные промышленные фирмы попадали в водоворот опасного бума и превращались в игрушку в руках тех, кто стремился к наживе. Одним из таких предприятий был «Ферайнигге Кенигсунд Лаурахютте», крупнейший горно-металлургический концерн Верхней Силезии. В то время он принадлежал графу Гвидо Хенкелю фон Доннерсмарку. Предприятие одного из самых богатых и крупных землевладельцев включало в себя многочисленные цеха, металлургические и прокатные заводы и требовало осуществления больших капиталовложений, если только его владелец действительно намеревался превратить его в единый концерн.
Проект показался графу слишком грандиозным, и он обратился к банкиру Герсону Блейхредеру, своему компаньону по переговорам с французским премьер-министром. Оба магната решили объединить все верхнесилезские горнодобывающие и металлургические заводы графа и преобразовать их в акционерное общество. Если бы они сделали только это и ничего иного, то затея с «Лаурахютте» наверняка не стала бы одним из крупнейших грюндерских фиаско тех лет. Однако Блейхредер и Хенкель в духе лучших «традиций» грюндерства увеличили акционерный капитал вдвое против реальной стоимости предприятия, причем оба на этом хорошо заработали и манипулировали курсом акций на бирже по всем правилам искусства.
Доверяя доброй славе учредителей металлургического предприятия, подписчики на акции валили валом. Курс акций неуклонно повышался и достиг рекордной отметки – 270. «Если бы они на этом остановились и перестали бы использовать в корыстных целях публику за счет биржевой игры, то против создания нового концерна нечего было бы возразить», – писали критики в газете «Нойе берзенцайтунг».
Но разница между реальной стоимостью предприятия и стоимостью распространявшихся на бирже акций составляла 100 %. После краха на бирже в Вене курс акций упал до 80, и не одной сотне акционеров пришлось поплатиться двумя третями своих сбережений. То же самое имело место с другими фирмами, учреждавшимися Блейхредером, рурскими угольными трестами «Шамрок» и «Иберния».
Финансовый оптимизм имел и негативные стороны – перегретая экономика вскоре породила кризис и нуждалась в присмотре имперской администрации. Значительный процент среди грюндеров составляли предприниматели еврейского происхождения, стоит упомянуть банкирский дом Ротшильдов, финансировавших строительство железных дорог, и банк Блейхредера, инвестировавшего в разные области (как говорится, не предусмотрительно помещать все яйца в одну корзину).
Кредитование промышленности и торговли до этого времени осуществляли частные банкирские дома (Шредера, Ротшильда, Оппенгейма, Мендельсона, Блейхредера). Но в период грюндерства частные банкирские фирмы не могли закрыть все потребности в кредите. В этот период начался активный процесс создания частных акционерных банков, способных мобилизовать средства и обратить их на потребности развивавшейся экономики.
В организации крупнейших акционерных банков принимали участие крупные банкирские дома и промышленные фирмы. Деятельность частных акционерных банков носила специализированный характер – по отраслям экономики и отдельным территориям. Блейхредеру нужно было привлечь свое стратегическое чутье и избрать перспективную нишу на этом празднике жизни. И он сделал это красиво.