Захват Осаки положил конец периоду Сэнгоку дзидай. Япония наконец успокоилась. Токугава Иэясу строго контролировал всю страну. Он разделил общество на классы. Самураям, во избежание повторения народных волнений предыдущей эпохи, запрещалось иметь в собственности землю. А крестьянам выделили земельные наделы. Также были сформированы классы горожан и торговцев. Перемещение между районами строго отслеживалось. Семьи и даже целые деревни могли понести наказание за преступление соседа или родственника. Региональные наместники даймё были подчинены власти клана Токугава. Столицей официально оставался Киото, однако фактически центром стал Эдо (нынешний Токио).
В сражениях со своими противниками Иэясу неизменно побеждал, а их земли присваивал себе, так что к моменту прихода к власти он уже был крупнейшим феодалом страны. Кроме того, у многих крупных землевладельцев он отбирал еще и прииски по добыче драгоценных металлов, что обеспечило ему монополию в этой отрасли. Ему подчинялись также провинции, официально сохранившие статус независимых: Осака, Сакаи и Нагасаки.
Иэясу умер в 1617 г. В отличие от своего предшественника, Тоётоми Хидэёси, он был спокоен за будущее своего рода. Династия, которую он основал, была весьма крепкой, имела три ветви (Кии, Овари и Мито), призванные дополнять друг друга в случае отсутствия наследников в одной из них, и клан Токугава находился у власти более двух с половиной столетий, вплоть до революции Мэйдзи, устранившей самураев как класс.
Всего несколько лидеров в японской истории могут быть поставлены в один ряд с Токугава Иэясу. Безжалостный полководец, он, тем не менее, проявил сочувствие к поверженному Такэда Кацуёри и защищал многих бывших сторонников Такэда от гнева Нобунага. Его заботы о своей внучке (вдове Хидэёри) после падения замка Осака были очень трогательны, т. к. доподлинно известно, что не могли принести никаких политических дивидендов. Он также не забывал обид и однажды в зрелом возрасте казнил пленника, который оскорбил его в детстве. Он никогда не забывал друзей и никогда не оставлял без должного внимания верных вассалов. По-видимому, одним из таких преданных роду Токугава вассалов и стала Касуга но-цубонэ, которая затем служила его сыну и внуку. Как уже было сказано, Иэясу умел выбирать людей.
Появление Касуга но-цубонэ при дворе сёгуната Токугава. Итак, Касуга но-цубонэ (26 октября 1579 г., Инаба – 14 сентября 1643 г. Эдо), аристократка, девица «из хорошей семьи», даже из двух хороших семей – Сайто и Инаба, после смерти отца воспитывалась в замке семьи Инаба. Она была умна, вполне «политически грамотна» и красива – по сохранившимся изображениям Сайто О-Фуку была очень хороша собой. Этот тип японской красавицы-аристократки можно наблюдать на многих росписях по шелку, гравюрах и картинах: нежный правильный овал лица, черный шелк длинных волос, чуть раскосые большие миндалевидные глаза, руки скромно сложены на бледно-голубом шелковом косодэ… Так она выглядит на одном из двух дошедших до нас изображений, прнинадлежащем кисти художника XVII столетия Кано Таню. (Этот портрет является собственностью храма Ринсё в Бункио, Токио.)
На другом портрете работы Сигеру Сандзи госпожа Касуга но-цубонэ уже в летах; на нас смотрит дама, явно достигшая высокого положения, это видно по ее одежде, седым волосам в придворной прическе, окантованному полосатым шелком татами, на котором она восседает, по ее полной спокойного достоинства позе. В выражении лица сквозят в равной степени смешанные ум, хитрость, проницательность и самообладание, смягченные вежливой церемонной полуулыбкой. С первого взгляда бросается в глаза, то что это незаурядная личность. По-видимому, этот портрет был сделан незадолго до ее смерти.
Фортуна сурово обошлась с ее матерью и родственниками (родней предателя), но не особо задела саму О-Фуку. Об этом раннем периоде ее жизни фактически никаких сведений не сохранилось, но скорее всего она получила воспитание и образование, необходимое для девушки ее положения, ее учили каллиграфии, стихосложению, поминальным обрядам и прочим аристократическим дисциплинам.
Там же ее в 1595 г. выдали замуж за Инаба Масанари (1571–1628), представителя того же рода. Инаба Масанари (или Инаба Масасигэ) был ее родней по материнской линии (точнее по линии ее знаменитого деда Инаба Йосимицу). По-видимому, этот союз был заключен с целью привлечь на сторону клана Инаба ее отца Сайто Тосимицу с его воинами, хотя в то время он уже был вассалом Сайто Ёситацу. Это был обычный «политический брак» для установления связи между кланами. Такие вот высокие отношения!..