– Скорее-скорее! – поторопил папа.
– У нас все готово! – сказала мама. – Даже Мурка уже сидит в переносном домике.
– А где Василий? – папа оглядел квартиру. – На балконе не остался? За дверь не выскочил?
Папа залез под кровать, потом под диван, потом встал на цыпочки и заглянул в «кошкин дом» – фанерную будку, прибитую под самым потолком, к ней по стене вела дощатая лестница. Василия там не было.
– Странно... – протянул папа. – Давай-ка откроем банку с кошачьим паштетом, чтобы его выманить. Надо же убедиться, что мы нигде не забыли кота!
Мальчик понял, что допустить этого ни в коем случае нельзя. Звук открываемой банки с кошачьей едой безотказно действовал на любого усатого и хвостатого. Как ни хотел Василий попасть в деревню, как ни убеждали его накануне ночью Язычок и Мурка вести себя до поры до времени тихо и смирно, этот звук и пронзительный мясной запах заставил бы любого кота мчаться на кухню, сбивая стулья и буксуя на поворотах. Даже рассудительная Мурка, и та занервничала, когда папа произнес слово «паштет». А уж Вася... Мальчик слышал, как он шумно вздохнул под плюшевыми котятами.
– Ой-ой-ой! – внезапно закричал мальчик, падая на пол. – У меня что-то болиииит!
Слово «болит» безотказно действовало уже на маму. И на папу, конечно, тоже. Вдвоем они захлопотали над мальчиком, стали растирать ему ногу, трогать лоб, ощупывать колено. «Где болит? Вот тут? А тут не болит?» – «Везде болит!» – хныкал мальчик. Родители провозились с ним целых полчаса. Дольше мальчик решил не притворяться, а то родители вообще никуда не поедут и вместо деревни, чего доброго, вызовут врача. Мальчик сказал, что у него подвернулась нога, но теперь все прошло. Убедившись, что все в порядке, папа и мама засобирались еще быстрее. Они хотели приехать в деревню еще засветло.
– Ладно, ничего с этим котом не будет, – решил папа. – Еды и воды достаточно.
Василий в пакете едва заметно пошевелил хвостом. «Будет! – радостно подумал он. – Еще как будет!»
– Чем ты набил свой мешок? – спросил папа, открывая багажник. – Там что, книжки на дне, под котятами?
– Книжки, книжки, – заверил мальчик. – И Незнайка, и «Денискины рассказы», и «Мишкина каша», и «Эмиль из Лённеберги», и...
– Ну, хорошо.
– Ой, папа! Пожалуйста, не ставь эту сумку в багажник! Там холодно!
– Котята плюшевые, не замерзнут.
– А я туда еще яблоко положил!
– И яблоко не замерзнет.
– Нет, замерзнет, замерзнет! И котята мне нужны, я буду ими играть в дороге.
Опасаясь, что сын снова раскапризничается, папа поставил сумку рядом с детским креслом. На пустое сидение с другой стороны водрузили и пристегнули ремнем переносный домик с кошкой Муркой. Мама заняла место рядом с папой. Машина с четырьмя легальными и одним нелегальным путешественником покатила навстречу каникулам.
Поездка обошлась без приключений. У папы в машине играла веселая музыка, родители разговаривали друг с другом и назад почти не оборачивались – они решили, что мальчик уснул. Даже Мурка ни разу не мяукнула. А если из сумки с плюшевыми котами порой доносилось какое-то шуршание, то никто этого не заметил.
Конечно же, мальчик не спал. Он отодвинул игрушки и гладил Василия по вздрагивающей спине и по голове с прижатыми от страха ушами, чесал ему щеки, придерживал хвост, чтобы Василий не забылся и не начал им вертеть из стороны в сторону.
Но вот справа и слева замелькали белые поля, черные перелески и красные кирпичные домики. Машина переехала по мосту через белую, занесенную снегом по самые берега ленту-реку. Значит, скоро деревня, а там бабушка, дедушка, Джек и Кузя.
И тут мальчик в первый раз подумал о том, что делать с Василием, когда они доберутся до дома. Василий и сейчас весь дрожит от страха, а если увидит или даже просто учует Кузю и Джека, огромную немецкую овчарку, то просто сойдет с ума. Убежит на второй, холодный этаж, забьется в щель и будет там сидеть – не выманишь, не поймаешь. Если же родители его отловят, то посадят в Муркин переносный домик, а утром папа отвезет его домой. Значит, придется его прятать. Но как? Устроить ему гнездышко из старого свитера под кроватью. Носить с кухни еду – это несложно, родители захватили для Мурки целый пакет кошачьих сухариков. Выбирать момент, когда все на кухне или на улице, и выпускать Василия в туалет. Скучная, конечно, жизнь, но эти неудобства ведь только на день. Зато ночью у котов и Язычка начнется раздолье! Будут кувыркаться в снегу, лазить по крышам, а то и мышковать (ни Мурка, ни Василий не знали, что это такое, но слово было забавное).