— Оо, вы с Джем и Диланом одного поля ягоды! — простонала Лиана. — Вы совсем меня не жалеете!
— И жалеем, и любим, и скучаем, — клятвенно заверила видящая, — но коридор Управления — совсем не то место, где можно спокойно обсуждать прошлое Рика, которым он не со всеми подряд делится. Терпи, пока я не вернусь домой.
— Коварная жестокая женщина, — обличающе провозгласила Лиана, но попыток выведать чужое прошлое больше не предпринимала — признавала ташину правоту. Кинула взгляд на часы, всмотрелась в лицо видящей, и, нехорошо прищурившись, уточнила: — А я правильно понимаю, что прошло уже почти полчаса от начала обеда, а ты была все это время в кабинете и в столовую не спускалась?
Таша мгновенно потупила глазки, став похожей на пристыженного рыжего котенка, и неуверенно протянула:
— Эм… ну-у… Д-да.
— Таша! — возмущению целительницы не было предела, и на этот раз оно было не наигранным. — Язву хочешь заработать? С твоей работой пропускать обеды-ужины — преступление! Обещай, что сейчас выключаешь кристалл — и идешь в столовую!
На секунду образы Лауры и Лианы слились в один — настолько обе целительницы были похожи в своей озабоченности чужим здоровьем.
— Ты говоришь в точности, как наша целительница, инари Хэллинг.
Проговорилась — и по потемневшему лицу Ли поняла, что допустила непростительный промах.
— То есть за тебя уже и инари Хэллинг взялась? Таша!
— Ничего серьезного, честное слово! — замахала свободной рукой видящая. — Ее вызывали из-за Аиши, а мне она просто посоветовала выспаться. — Так явно преуменьшать правду — иными словами, врать Лиане, — не хотелось, но беспокоить ее тем более резонов не было. — С язвой она к Рику цеплялась.
По внимательному прищуру было не понять, поверила ли Лиана слабой отговорке или нет, но натаивать целительница не стала.
— Не буду на тебя давить и строить из себя строгую мамочку, но все же обещай, что не будешь себя загонять до состояния едва живой лошади.
— Ли… — Таша мягко улыбнулась и искренне пообещала: — Даю слово, что сейчас спущусь в столовую и как следует пообедаю, а после окончания работы не засяду с новыми делами допоздна, а пойду домой и постараюсь как следует отоспаться.
— Хорошо. Но перед этим объявишься еще раз и раскроешь тобой же и завязанную интригу со сближением.
Лукавая улыбка, склоненная набок голова, внимательный заботливо-насмешливый взгляд. Как же все-таки жаль, что нельзя сказать: 'Приезжай! Приезжай, пожалуйста! Завтра же!'! Шмыгнув носом, Таша фыркнула:
— Слушаю и повинуюсь, — и отключилась. Рожденное разговором с Лианой тепло уютно клубилось внутри, защищая от усталости, от увиденной утром записи, от скверны человеческой изнанки.
Соскочив с подоконника, убрала кристалл в нагрудный кармашек и поспешила выполнять данное целительнице слово, улыбаясь разговору и окружающему миру.
Хитэр Адваленхет, обещавший заскочить с новыми протоколами допросов перед обедом, объявился с опозданием в два часа, когда видящая уже готова была на стенку лезть из-за исходившего от Рика недовольства. Сытая, умиротворенная и повеселевшая Таша никак не вписывалась в общую мрачную атмосферу, захватившую кабинет и пробравшуюся даже в аквариум видящей, поэтому протиснувшийся в едва приоткрытую дверь помощник инара Лиера был безоговорочно записан девушкой в разряд спасителей. Какая у них забавная взаимовыручка получается, однако…
Впрочем, заметив в руках Хитэра внушительную стопку из папок, Таша поумерила благодарственный пыл, с подозрением проследив, как все это бережно сгружается на ее стол. Подняла вопрошающий взгляд на визитера, безосновательно надеясь, что папки инар Адваленхет просто по пути прихватил:
— И?
— Калиен попросил тебя посмотреть эти дела. Их немного, полдюжины всего, но что-то в них ему не нравится, нужен твой профессиональный взгляд, — с виноватой полуулыбкой пояснил Хитэр и сдвинул верхние листы с новой башенки, заискивающе глядя на девушку: — А это с допросов последних подозреваемых по краже картин, как ты заказывала. И… эээ… хорошего дня.
Покрасневший молодой человек бочком скользнул к двери, и через секунду о том, что он вообще был в кабинете, напоминала лишь стопочка принесенных им папок. Грустно вздохнув, Таша села на стул, притягивая к себе протоколы допросов. Погружаться в чтение не спешила: стражи все еще практически топтались на месте, опрашивая всякую шушеру, и на стол ей после этих разговоров материалы ложились довольно… специфические. Без свободного ориентирования в жаргоне их бывало сложно понять. Как шутила инара Виола, Таше требовался переводчик 'с местного на человеческий'.
Подумав и решив, что сию секунду не готова пробираться сквозь дебри сленга, видящая подняла взгляд на Рика. Он задумчиво изучал помощницу и принесенные для нее материалы. Прочесть что-то в его глазах было невозможно. Таша даже до конца не понимала, смотрит ли капитан именно на нее или просто вперил взгляд в пустоту. Но захотелось почему-то подойти, взъерошить волосы, провести рукой по напряженным мышцам шеи… Отвлечь и помочь расслабиться. Но в то же время жило четкое ощущение: сейчас Деррика отрывать от его дел не стоит. Видимо, проблема, с которой он неожиданно столкнулся, требовала серьезного подхода и быстрого, нетривиального решения. Вмешательство видящей наверняка пользы не принесет. Поэтому, мысленно пожелав Рику все же справиться с возникшей задачей, Таша вернулась к своей работе: отодвинула на край стола скрепленные желто-зеленой скрепкой листочки и взялась за первую папку.
Ограбление с нанесением тяжких телесных… Ну да, разве мог Калиен Лиер прислать ей добрую сказку о сокровищах, благородных рыцарях и прекрасных дамах… Все самое 'интересное и приятное' — для штатной видящей.
К собственному удивлению, в этот вечер Таша закончила с делами вовремя. До конца рабочего дня оставалось целых пятнадцать минут, когда она закрыла последнюю папку. Правда, рассчитывать на то, что завтрашний день будет более свободным и ленивым, не приходилось: наверняка с утра возникнут новые завалы на столе. Но сейчас настроение было приподнятым и даже благодушным. Горькую нотку в предвкушение свободы вносило беспокойство за Рика. Капитан почти не выпускал из рук кристалла, то и дело убегал куда-то и возвращался еще более мрачным. Об обещанном с утра спортзале можно было смело забыть. Как и о слабой надежде на поцелуй.
Однако Рик не был бы Риком, если бы вел себя согласно ташиным представлениям. Ровно в шесть он отшвырнул от себя кристалл связи, поднялся и прошел к окну. Пометался из угла в угол, сложив руки на груди, и остановился в дверях, глядя на собирающую сумку видящую.
— Таш, не уходи пока, — попросил он.
В голове сразу родилось множество предположений, одно другого хуже. Ее сейчас что, нагрузят новой работой? Или их вызвали на какое-то место происшествия, куда нужно прибыть срочно-срочно? Или Рик все же решил спуститься в спортзал, утянув за собой и видящую и устроив ей 'незабываемый' вечер, который подарит пару десятков синяков, ноющие мышцы и ненависть ко всем здоровым и счастливым? Что ему вдруг понадобилось от маленькой помощницы в конце рабочего дня?
— В чем дело? — осторожно поинтересовалась девушка, готовая, вопреки просьбе, подхватить сумку и метнуться к выходу. Убежать вряд ли удастся, Таша и сама отдавала себе в этом отчет, но безвылазно сидеть в холодном сером Управлении хотелось еще меньше, чем предпринимать заранее провальные попытки от этого уклониться.
Рик, заметив судорожно вцепившиеся в лямку пальцы, нервно дернул уголком рта и постарался смягчить тон:
— Не пугайся, ничего ужасного на твой счет я не замыслил. Прошу всего лишь посидеть со мной за ужином.
Хм… такое приглашение, пожалуй, стоило всех потраченных нервов. Глаза Таши расширились, брови взлетели вверх, а губы приоткрылись в удивлении. Разделить с ним ужин? В то, что его слова несут под собой романтическую подоплеку, видящая не верила. Свиданием это точно являться не будет. Но чем тогда?