Раздражающе-противный вопль чьего-то сигнала давал надежду, что оборотни все же придут к тому же выводу, что и я: обратно следует возвращаться по пешеходной дорожке, а не по проезжей части.
— Оба никак не повзрослеют, — раздался сзади знакомый голос, и на мгновение меня охватил какой-то иррациональный ужас. Лишь через секунду я поняла, почему вижу бегущего по мосту Джея — и при этом слышу его за спиной.
Джайлс.
Мы все четверо повернулись к оборотню.
— О, — изумленно выдохнула Марика, прикрыв рот ладошкой. Правильно. Одно дело — знать, что где-то ходит точная копия Джеймса, а другое — видеть ее перед собой. С незначительными изменениями, но все же — копию.
В глазах неожиданного гостя светилось что-то вроде легкой зависти, когда он смотрел на мост. Но едва перевел взгляд на меня — и в них отчетливо проступила вина. Хм… это он что, извиняться пришел? Так вроде и поздно, и не за что уже. Едва ли наше расставание могло быть иным, и я это понимаю и уже даже не обижаюсь. Почти.
— Доброе утро, Лиана.
— Привет, Джайлс. — Я замолчала, скованная какой-то неловкостью. Что ему говорить? Про дядю будущего ребенка и по совместительству бывшего парня я вспоминала редко, хотя где-то в глубине души жило понимание, что когда-нибудь нам придется и побеседовать, и, возможно, помириться. Родственник же. Но 'когда-нибудь' не означает 'готова в любой момент'. Визиты для подобных разговоров не наносят с бухты-барахты. Оглядев насторожившихся родственников, представила: — Как вы поняли — Джайлс Эйгрен, близнец Джея и будущий дядя. Джай, это моя сестра Марика, ее муж Торан и его брат Дилан. Приехали в гости.
— Рад познакомиться, — оборотень протянул руку, и элементали по очереди с явной настороженностью ее пожали. Очередное дежа-вю.
Вновь раздавшийся недовольный гудок за спинами едва не заставил подпрыгнуть. Резко обернувшись, увидела летящего на всех парах Джея и старающуюся не отставать от него Джоэллину. Вот теперь, возвращаясь, волк себя не сдерживал. Я могла бы даже поспорить, что слышу его злобное рычание. Он и превратился в прыжке. Даже не думала, что такое возможно. Вот от земли отрывается волк, на какую-то секунду словно исчезает, уходя в сторону, и по дороге торопливо шагает уже человек — взъерошенный, в перекосившейся куртке, с настороженной угрозой в глазах. Замерев почти вплотную ко мне — показалось, что Джей меня даже приобнять по-хозяйски за талию хотел, благо, одумался в последний момент, — уставился на брата. Враждебности ни в позе, ни во взгляде, слава звездам, не было. Но и радости от неожиданной встречи не наблюдалось. Зато четко прослеживался посыл: 'Не смей трогать! Моё!'. И забавляет, и раздражает одновременно.
— Остынь, — примирительно поднял руки вверх Джайлс. — Я просто пришел извиниться, на Лиану покушаться не намерен.
Какие же… медлительные эти близнецы! Почему до извинений дело доходит только месяцы спустя? И ведь, не реши появиться на свет маленький волчонок, и не подумали бы заглаживать вину. Джей, конечно, натворил куда больше брата, но из-за поведения Джайлса в то утро все равно в душе остался неприятный осадок, как бы я ни старалась убедить себя в обратном.
Подобные размышления привели к тому, что я всерьез собралась обидеться на обоих еще раз, но Джеймс отвлек меня сухим:
— Принято. Свободен.
Позади расфыркалась Марика. Похлопав Торана по плечу, она кивком указала на дом:
Мы, пожалуй, пойдем. Как разберетесь — присоединяйтесь к нашему согревающему мирному чаепитию. Джоэллина, не вмешиваемся.
Сестра ловко подхватила вновь обернувшуюся человеком Лину под локоток и потянула слабо возражавшую девушку прочь от назревающих семейных разборок. Дилан без всяких указаний поспешил убежать подальше. Верная помощница, послушно шагавшая за Рикой, все же постоянно оглядывалась на нас, обеспокоенная. Мы же молчали, пока все четверо не скрылись за дверью.
Я перевела взгляд на близнецов:
— Ну и?
В какой-то мере настороженное отношение Джея по отношению к собственному брату я понимала. Они — близнецы, практически полные копии друг друга. Где гарантии, что я не окажусь спутницей еще и Джайлсу? Вдруг старший брат решит это проверить, и я, не устояв перед теплыми воспоминаниями об общем прошлом, выберу его? А что? Времени у Джая, чтобы меня обаять, теперь предостаточно. Соблазн наверняка велик. Я, пожив с оборотнями, ближе познакомившись с их психологией, могу логично объяснить собственнические замашки Джея. Но убереги его звезды, если это не подсознательный страх, если он на самом деле может так обо мне думать!
— Джимми, не хочешь проконтролировать приготовление обещанного чая? — предложил Джайлс, чуть изогнув губы. Вроде и не усмешка, и превосходства в голове нет, а сразу слышно, что старший брат обращается к младшему. Пусть даже разница между ними лишь в несколько минут.
— Нет, — отрезал Джей, сжав губы. Его рука снова дернулась к моей талии, остановленная в прямом смысле нечеловеческой силой воли. — Извиниться можешь и при мне.
— Не допускаешь мысли, что я стесняюсь? — фыркнул Джай, но веселый, даже нахальный блеск глаз не позволял обмануться на этот счет.
— Джей, — я осторожно прикоснулась к его ладони, спрятанной под перчаткой, надеясь, что телесный контакт, к которому он так стремился, чуть успокоит его, — извинения, особенно искренние — это все же очень личное. Свидетели в этом не нужны. Так что… проверь, пожалуйста, действительно ли Рика поставила чайник — или увлеченно следит за нами из окна. Кстати, если тебе будет от этого спокойней, официально разрешаю к ней присоединиться. Мы же с Джаем просто поговорим и придем сразу за тобой.
Брату достался предупреждающий взгляд, мне — обиженно-обвиняющий. Нет, я понимаю, что Джеймс Эйгрен — взрослый и опасный оборотень и не стоит разговаривать с ним как с маленьким ребенком, но как иначе достучаться до его разума, опутанного сетью древних инстинктов? Интересно, как Марика справляется с Тораном? Элементали ведь жутчайшие собственники, факт общеизвестный.
— С ним будет сложно, — заметил Джайлс, глядя в спину уходящему брату.
— Не сомневаюсь, — подтвердила я достаточно громко, чтобы шагающий впереди нас оборотень нервно передернул плечами. Стоит отдать ему должное, замедляться, стараясь подслушать разговор, он не стал, поэтому Джайлс, посерьезнев, продолжил:
— Лиана, я действительно пришел извиниться. И за то, что недопустимо повел себя в то утро, и за то, что так долго тянул с этим. Мне просто…
— Объясняться, пожалуй, не стоит, — прервала я его. Догадаться, что, как и почему, было несложно. Можно было бы, конечно, заставить Джайлса, как и Джея недавно, во всем признаться, но для наших с ним отношений такие откровения не являются необходимостью. И без того обоим явно неуютно. К чему тогда лишние слова и неловкие ситуации? Точнее, еще больше лишних слов и неловких ситуаций. Нам хватит, пожалуй. Оба, смею надеяться, взрослые разумные люди, умеем извлекать из пережитого уроки и в связи с этим вырабатывать верные линии поведения. С радостными криками я ему на шею, безусловно, еще не скоро кинусь, и дружбу восстановить будет нелегко, но простить Джайлса оказалось довольно просто, и я не буду прятаться за надуманными поводами, чтобы его помучить.
— Спасибо, — улыбнулся Джай. — И за понимание, и за прощение.
— Я уже смирилась с тем фактом, что мне никуда от вас не деться, поэтому с моей стороны будет крайне недальновидно становиться в позу и ссориться с дядей моего ребенка. Хотя скорость, с которой я обрастаю родственниками, меня несколько пугает. И, если уж речь зашла о членах счастливого семейства… Долго мне придется терпеть ваши с Джеем бодания?
— Это у него и спрашивай, — открестился от участи ответчика Джайлс. — Вам между собой следует разобраться в первую очередь. Сейчас он ни в тебе, ни в себе не уверен. Вот когда будет твердо, обеими ногами, стоять на земле, тогда и перестанет рычать.
— Что значит — не уверен во мне? — не поняла я.
Оборотень закатил глаза:
— Ты ведь не говорила ему, что любишь?
— Что? — изумилась я. — Нет, конечно! Это ведь не так.
— Ли, не притворяйся глупее, чем ты есть, — посоветовал Джай. — Вероятность того, что Джимми когда-либо откажется от тебя, практически равна нулю — ведь ты его спутница. А вот ты в своих привязанностях абсолютно свободна. При всей неоднозначности сложившейся ситуации, это не может не пугать моего брата. Так что до того момента, как он услышит от тебя три заветных слова, он так и будет лаять на любого, кто к тебе приблизится.