"Властитель всемогущий! Я прямо у них в логове!"
Ни одно из существо пока не обратило на него внимания, и Ханрис внимательно огляделся.
Из пещеры вело множество ходов, испещрявших каменные стены как пчелиные соты. Некоторые были таки-же узкие, как и лаз из которого он вылез, а иные даже ещё уже. Но были и большие коридоры, уводящие в неизвестность.
Пахло здесь гнилым мясом, запёкшейся кровью и звериным потом, но Ханрис отметил это с безразличием. Просто запахи - они больше не были ему отвратительные, лишь несли в себе некую информацию, из которой Ханрис без труда вычленил самую важную для себя - воду, а остальное сделал фоном.
Оказалось, что вода находилась прямо здесь, он стекала по дальней стене пещеры, собираясь в малюсенькое озерцо. К нему и стоило направиться в первую очередь, но как он мог пройти мимо всех этих тварей незамеченным?
Ханрис раздумывал над этим некоторое время, всё так же не шевелясь, а затем пришёл к неутешительному выводу:
"Они меня не тронут. Я теперь, в некоторой степени, один из них" - от этой мысли стало противно, и Ханрис тут же поправился: - "Они считают меня одним из своих".
Иного объяснения не находилось, и Ханрису пришлось принять, что его неожиданное исцеление связано с тем, что эти чудовища с ним сделали. Но что бы они там не сотворили, одной из таких тварей охотник становиться не собирался. Он выздоровел, раны затянулись, тело обрело силу а глаза теперь видели в кромешном мраке? Отлично, он использует всё это, чтобы выбраться отсюда. Сразу, как только напьется воды.
Ханрис, всё же действуя осторожно, не желая привлекать к себе ненужного внимания местных жителей, стал выбираться из своего лаза. Когда вылез полностью, заметил, что на него посмотрел тот, который занимался поделкой, но во взгляде жутких жёлтых глаз не появилось никакого интереса, а через пару секунд тварь вновь вернулась к своему занятию.
"Значит я прав, они считают меня своим".
Ханрис не знал, радоваться этой мысли или пугаться её. И решил просто принять как данность и использовать себе во благо.
Занятные половым актом монстры двигались всё быстрее, их порыкивания и отвратительные гортанные хрюканья становились всё громче - кажется дело шло к своей кульминации. Благо, что путь Ханриса лежал в другую сторону, он искренне не хотел проходить рядом в такой интимный момент. И всё же дорога к воде неизбежно вела через двух других спящих тварей. Ханрис стал осторожно обходить их, ступая мягко и аккуратно, но один из них таки открыл веки и вперил в него свои жёлтые глаза. На какое-то мгновение они замерли, глядя друг на друга, а затем тварь рыкнула, и резко подавшись вперёд махнула когтистой лапой, от которой Ханрис едва успел увернуться, отступив на шаг назад и с некой хладнокровностью отметив, что и рефлексы у него теперь стали куда лучше, чем были когда-либо в жизни. Он приготовился отражать новую атаку, но тварь лишь оскалилась на него, а затем вновь опустила голову на пол и закрыла глаза.
"Решил, что я пристаю к твоей женушке, уродец?" - подумал Ханрис, не различив никаких выраженных половых признаков (не то чтобы он их искал), но подумав, что эта парочка, прежде чем уснуть в объятиях друг друга, занималась тем же самым, что и те, чьи рыки гулких эхом сейчас разлетались по пещере.
Добравшись наконец до маленького озерца, Ханрис упал на колени, и долго, жадно пил ледяную воду, чувствуя как приятный холод растекается по его телу. Напившись он умыл лицо, шею и руки, постаравшись, правда без особого усердия, смыть с них запёкшуюся оленью кровь. Отражения своего в глади озера он не увидел, было слишком темно, лишь слабо светились две жёлтые точки, глядящие на него из воды.
"Видать нельзя научиться видеть в темноте, не обретя глаза демона" - с горечью подумал он, боясь осматривать себя в поисках иных изменений, которые могли произойти с его телом. Он не хотел знать, насколько сильно теперь похож на этих монстров. Пока не хотел.
Утолив жажду, Ханрис вновь стал прислушиваться к запахам, царящим в пещере, и наконец вычленил тот, который искал, едва уловимый, и всё же это был запах хвои и полога осеннего леса, запах свежего горного ветра, запах свободы. Из этой пещеры был выход, не могло не быть, и Ханрис теперь знал в каком направлении тот находится. Не желая более ни минуты оставаться в логове этих мерзких чудовищ, он поднялся и направился в один из больших ходов, ведущих прочь.