"Ты один из нас, Ханрис!" - завопил в голове голос рогатого демона.
Вновь свело живот, вновь появился голод, но они уже не имели той силы, и не могли остановить Ханрис.
- Весна! Никам! Лилейн! - выкрикивал он вслух имена, заглушая своим голосом рёв беснующегося демона. - Весна! Никам! Лилейн!
***
Дорога до дома ведуньи вела через лес. Проводить до туда Весну с дочерьми Сайна вызвался Буян. Поехали на повозке, чему Илия была несказанно рада, а своих усталых лошадей остывали у Горына. Зану уложили на сено, вновь заткнув рот кляпом и привязав верёвкой к одному из бортов. Весна села спереди, рядом с мужчиной, а Илия забралась в повозку к сестре, но отодвинулась от той как можно дальше. И так двинулись в путь. А Горын, вышедших попрощаться, долго смотрел им вслед, молча, не шевелясь и не отводя глаз. Смотрел так, словно отправлял их на смертный бой, или будто надеялся, что они передумают и вернуться. Илия взирала на его удаляющуюся фигуру, пока та не скрылась за деревенскими домами и думала, увидит ли она когда-нибудь ещё этого человека?
Пока ехали через поле, солнце дарило им свои прощальные лучи, постепенно скрываясь за горами, словно прячась, сбегая, не желая видеть того, что будет происходить дальше. И так совпало, что как раз когда они добрались до леса, последние лучи светила померкли, оставив мир тонуть в вечерних сумерках. В небе уже бледнел почти полный диск Рунона, а с другой от него стороны зажглись несколько звёзд. Заметно похолодало, и Илия, пересилив страх, укрыла Зану шерстяным одеялом, которое дала им Фима, по самое горло. Сестра, кажется уснула, тяжело, с хрипением дыша.
Чем дальше они углублялись в лес, тем тревожнее становилось у Илии на душе и тем темнее становилось вокруг. Она не раз бывала в лесу с отцом, пару раз и ночевала с ним у костра, и никогда не боялась чащи, но здесь, в Волхарии, хоть и совсем не далеко от их дома, всё же лес был иной. Гуще, словно-бы древнее, в нём ощущалась некая мрачная и пугающая тайна. Священный Лес. Именно теперь Илия начала понимать, почему волхарины именно так именуют свой край.
Буян зажёг фонарь на своей повозке, что покачивался и скрипел, подвешенный на небольшой жерди. Но его дрожащего, жёлтого света едва хватало чтобы осветить узкую лесную дорогу, петляющую меж могучих дубов и сосен. В лесу же было не видно ничего дальше двух-трёх шагов за стволами у тропы. Могучие древа склонили свои ветви на дорогой так низко, что едва не касались голов сидящий спереди волхарин, а иногда тем всё же приходилось пригибаться.
Где-то во мраке заухала сова, затем какой-то зверь протяжно и визгливо залаял вдали. Это лес был полон неведомой жизни, сокрытой в тенях.
- Илия, погляди-ка, - обратилась к ней Весна через плечо, и девочка, вздрогнув, стала озираться по сторонам.
- Вон там, смотри, - женщина указала рукой куда-то вправо от дороги, и присмотревшись, Илия поняла, что одно из деревьев, одиноко стоящее на небольшой поляне, и не дерево вовсе. У него не было ветвей и ствол слишком ровный. Но что это именно такое, девочка понять не могла.
Однако не успела она спросить у Весны, что видит перед собой, как так потянулась к фонарю и повернула его свет в сторону этого странного ствола. И тогда Илия поняла, что перед ней тотем. Высотой в четыре человеческих роста, не меньше, он стоял в самом центре поляны. На гладком стволе была вырезана голова волка, с большими ушами и обрамляющим её шерстяным воротником.
- Это наше священное место, - сказала Весна, отпуская фонарь и оставляя его качаться на жерди. - Мы не ходим в церкви, как вы, не строим храмов в черте поселений. Только в лесу можно обратиться к Серебряному Волку. И только при свете Рунона.
- Почему? - спросила Илия, продолжая глядеть на тёмный силуэт тотема, ощущая одновременно благоговение и страх перед чем-то древним и диким.
- Потому что Серебряный Волк живёт там, наверху. Купается в лучах Рунона, и только в его свете может видеть, что происходит у нас, внизу.
- Значит ему нельзя молиться дома?
- Нет. Строго говоря, мы и не молимся ему. Я имею в виду, что у нас нет заученных молитв и песнопений, как у Церкви Властителя. Но если мы хотим обратиться к своему покровителю, нам следует прийти ясной ночью в одно из таких мест, и поговорить с ним. Рассказать, не кривя душой, что нас тревожит, поведать о наших мечтах, надеждах и страхах, может быть робко попросить помощи.
- А кто вас слушает?
- Серебряный Волк, конечно.