Вдох, выдох.
– Я просто люблю тебя, всегда любила. С первого письма, с первой строчки, как только чернила коснулись бумаги. Я просто сделала свой выбор в 14 лет и придерживаюсь его, словно компаса, указывающего верный путь. Вот смотри, тут два варианта: тебе человек нужен для чего-то, например, для любви или создания семьи, или он действует в угоду своей страсти – это рамки, узкие границы. И ты же выбираешь человека со всеми его достоинствами и недостатками, всего его целиком, словно принимаешь дар судьбы.– Ты мой выбор, Лукас.
Я потянулась к нему, словно луна к отражению в темной воде, и коснулась губ. Легкое касание языком к нижней губе — искра, вспыхнувшая в сумерках. Его губы приоткрылись, как бутон навстречу рассвету, и я углубила поцелуй, нырнула в омут. Он отвечал робко, словно боясь спугнуть неведомое чудо. Я уже хотела отстраниться, но он не позволил, вцепился, словно утопающий за соломинку, наслаждаясь каждым мгновением. Мне казалось, это его первый поцелуй, чистый, как горный хрусталь. Я не сомневалась, женщины у него были, но, видимо, нежность, ласка, поцелуи — все это обошло его стороной.
Он отстранился сам, неохотно, с болью, затаившейся в глубине глаз, гулко дыша, словно после долгого бега. потому что Поцелуи становились все настойчивее, А прикосновения обжигали, как пламя костра. Его руки гладили мои бедра под юбкой, мои пальцы путались в ткани его рубашки. Опасно. Граница дозволенного трещала под напором чувств.
— По душам поговорили, только смутил меня до чертиков, а теперь садись ужинать.
Я спрыгнула со стола, словно сорвавшаяся звезда, и усадила его. Налила кофе и смотрела, как он ест в полной тишине, тишине, звенящей от невысказанных слов.
Убрала со стола и потянула его в кабинет, и пока мы шли, раз десять останавливались, чтобы утонуть в новом поцелуе, словно два мотылька, летящие на свет. В кабинет он внес меня на руках, целуя, словно боялся, что я исчезну, как мираж. Неудобно ему видите ли, наклоняться.
в сердце Лукаса зародился новый план.
Я закрыла окна, словно отгораживаясь от всего мира, Лукас затопил камин, и пляшущие языки пламени осветили комнату, играя тенями на стенах.
Мы сели на диван напротив очага. Точнее, Лукас сел, а меня усадил к себе на колени, словно я была самым драгоценным сокровищем. Я укрыла нас пледом, словно создавая кокон из тепла и уюта. На столике стояла бутылка вина и два бокала, ждущие своего часа.
— Ты выбрал, кто станет правой рукой твоей гильдии? С новым званием ты себя измотаешь, словно загнанную лошадь.
— Ха, не удивлен, что тебе известно даже это, — усмехнулся он, но в голосе не было и тени раздражения, лишь лёгкое изумление.
— Я серьезно, Томас или Грэм? Или они оба разделят бремя?
— Пожалуй, оба. Но контроль, как ни крути, на мне, хотя бы поначалу.
— Они надежные, справятся. С Томасом я работала чаще, он как метла, искры сыпятся.
— Знаю, ты наш постоянный клиент.
— Постоянный, не поспоришь, но скидок — как от мертвого осла ушей. Скупцы!
— Услуга за услугу… Со мной ты сможешь расплатиться и другими монетами… — прошептал он, обжигая моё ухо горячим дыханием, словно прикосновением пламени.
После долгого, пьянящего поцелуя, словно глотка вина из запретного кубка, и половины опустошённой бутылки, я спросила:
— Брат уже набросал список кандидатов в мои мужья?
— Ещё колдует над ним, — ответил он, и я почувствовала, как напряжение сковало его, словно тугой узел.
— И ты в этом списке под каким номером?
— Последний, шестой, — с вызовом ответил он, будто бросая перчатку судьбе.
— У тебя досье на каждого?
— Полное. Все достойные, но в каждой биографии найдётся тёмное пятно, словно клякса на белом полотне. Но у меня этих пятен больше, чем у них всех вместе взятых.
— Лукас, я выхожу за тебя или жду наёмников, посланных второй императрицей, словно запертая в клетке птица? Я знаю, что это идёт вразрез с твоими планами, что навязанный брак тебе как кость в горле…
"Дурочка, как я, чудовище, мог мечтать о твоём взгляде? Увидев тебя спящей, я возжелал заточить тебя в своей пещере, словно пленницу, чтобы ты видела лишь мой мрак, только мой. Прости, я не рыцарь в сияющих доспехах, а дракон, от которого принцесс нужно спасать.Твоё небесное платье, этот вызов обнажённой спины… боги, я готов был задушить твоего брата, вырвать ему глаза, лишь бы не видеть его рядом с тобой."