Я сильно рискнул, взявшись пересказывать эпохальное произведение Толкина. Однако нужного эффекта я достиг — дракониха меня слушала, не перебивая. Через пару минут моего рассказа она уселась поудобнее, сложив голову на землю и как будто перестав меня замечать. Её глаза были полузакрытыми, а иногда она закрывала их полностью.
Но была кое-какая проблема — с самого начала я понимал, что не досконально помню первоисточник. А рассказывать всё мне нужно красиво и не путаясь, чтобы создать максимальное погружение в историю. По этой причине некоторые детали пришлось опустить, а что-то наоборот придумать. Поход Бильбо Бэггинса, Гэндальфа и тринадцати гномов к Одинокой Горе получился не таким, как это было в книге, а про имена гномов я так и вовсе молчу…
Торина Дубощита я, конечно, вспомнил, да и большую часть остальных гномов тоже, но там точно не было Бормота и Ботура. Первый, как и в оригинале, имел осколок топора в голове, поэтому не мог говорить, а только бормотать. Второй же был самым тучным и вечно отставал.
На этом фоне появилась история, как Бормот и Ботур потерялись и нашли детёныша еното-медведя — крайне свирепого существа во взрослом виде, но очень ласкового во младенчестве. Никаких еното-медведей у Толкина не было, однако у меня этот эпизод получилось связать с обнаружением следов орков.
А дальше «Остапа» понесло… Каким-то мистическим образом я всё больше и больше стал отходить от оригинала. В середине пути к отряду добавились два эльфа близнеца, которые были старыми друзьями Гэндальфа и небольшим «роялем в кустах». Получался самый настоящий книжный фанфик или же экранизация по мотивам… Ключевые события не изменились — Бильбо шёл к Одинокой Горе, но добавилось много всего прочего.
В какой-то момент от переизбытка новых и старых сюжетных линий у меня закипела голова. В конце концов это дошло до такого напряжения, что я начал сбиваться с мысли. Когда боль в висках стала невыносимой, я замолчал, хоть и терпел до последнего.
Может, она уснула? Это отличный шанс, чтобы сбежать.
— Человек, почему ты перестал рассказывать свою историю⁈ — раздался грозный рык драконихи в моей голове.
Она открыла глаза и уставилась на меня. Нет, дракониха не уснула от приключений Бильбо. Всё это время монстр лежал на земле в полудрёме. Дракониха не перебивала меня, думаю ей нравилась история Средиземья, поэтому она сильно разозлилась из-за остановки.
— Мне нужен отдых, — с трудом выдавил из себя я и вдруг понял, что мысленное общение стало даваться мне тяжело. Думать я ещё мог, а вот передавать свои отдельные мысли уже нет.
— Ты меня обманываешь! — вскрикнула дракониха, её шея вытянулась и змеиная морда оказалась прямо перед моим лицом. — Ты просто не знаешь, чем закончилась история!
— Знаю… — так же тяжело ответил я. — Давай я буду говорить ртом, а не мыслями?
Я вдруг нашёл решение, которое могло помочь. Дракониха каким-то образом забрала у меня возможность говорить. Вместо этого я передавал мысли разумом, которые должен был произносить. Это странное чувство, и постепенно оно стало сильно напрягать мою голову.
— Ха-ха, — дракониха рассмеялась. — Я и забыла, что людям сложно общаться мыслями. Я давно ни с кем не говорила, но ещё не было того, кто выдерживал телепатию больше десяти минут. Так и быть. Разрешаю тебе «говорить ртом».
Дракониха вновь засмеялась, но этот смех резко прервался. Я понял, что некий телепатический мост был убран. Головная боль стала отступать. Другие люди держались максимум десять минут, а я использовал телепатию не меньше двух часов. Это огромная нагрузка. Однако поблажек мне никто не даст. Собравшись с мыслями, я продолжил свой рассказ.
Примерно через час от непрерывного разговора у меня чертовски пересохло в горле. Бурдюка с водой рабу, к сожалению, было не положено. Следующие несколько часов стали настоящей пыткой на выносливость. Я был не против рассказывать дракону истории, но я понимал, что мне необходимы вода, еда и сон. Вот только дракониха восприняла мои слова об отдыхе в штыки. Умирать мне не хотелось, поэтому я решил попробовать оборвать рассказ на самом интересном моменте.
— Бильбо Бэггинс увидел сокровище древних гномов во всей красе. Весь пол нижней пещеры был завален несметными богатствами — золотом в слитках, самоцветами, серебряными монетами и жемчугом. Посреди этого изобилия лежал исполинский дракон Смауг, — я сделал многозначительную паузу. — Но что было дальше, я расскажу уже завтра. Мне нужен отдых.
— Как это завтра! — грозно ворвалась дракониха в мой разум. — Я хочу продолжения прямо сейчас, иначе я убью тебя! Никакого отдыха ты не получишь!