— Если она не согласится, я её сожру! — воинственно воскликнула виверна.
— Нет, давай без этого…
— Вечно ты, Арэн, защищаешь людишек. Надо брать своё силой! Давай полетим к Жизель вместе!
— Что ж, об этом можно подумать, — кивнул я. — Только обещай не вредить Жизель при любом исходе.
— Кх-р-р, — виверна слегка прорычала и обиженно повернула свою огромную морду. — Да когда это я тебя не слушала!
В целом Виссара меня действительно во многом слушала, но иногда своевольничала. Впрочем, если вспомнить какой она была… Сейчас виверна стала куда покладистее.
Хоть план на моё будущее был намечен, осуществить его я смог нескоро. Война с Тууроном после взятия крепости Немения фактически завершилась, но долина Аэльмаров требовала восстановления. Многих жителей забрали в рабство, кого-то убили для ритуала создания кровавой праны, а у тех, кого не убили, практически ничего не осталось.
Свээн довольно быстро свернул свою военную кампанию, нанеся Туурону несколько болезненных поражений. У львов только три прановоина и пару сотен руновоинов. Былое величие было разрушено, как и вероломные планы по извлечению кровавой праны.
Восемь тысяч поданных Адолии, обращённых в рабство удалось вернуть на родину в обмен на тууронских военнопленных. Эти переговоры были сложными и долгими. Пришлось отдать треть пельного имбиря — остатки ещё не полностью проданного праннита лорда Хентоса. Обмен с Тууроном вышел не особо равноценным со стратегической точки зрения, но оставить в рабстве жителей Адолии мы не могли. Без них не будет и самого королевства.
Восстановление долины Аэльмар, и в частности её столицы, требовало огромных денег и людских сил. Следующие два месяца ушли на то, чтобы заниматься делами королевства. К тому же я ещё часто ездил к источнику праны, чтобы восстанавливать своё здоровье.
Моё самочувствие стало наилучшим с момента получения нового тела. Я чувствовал себя куда бодрее и физически сильнее, оставалось только поддерживать себя в таком хорошем состоянии.
С наступлением холодов в Адолии я поехал в дипломатическую поездку к кочевникам. Торговля с ними сильно нам помогла. Кроме рунных минералов, они стали поставлять нам своих породистых лошадей, но в очень малом числе. Я хотел напрямую переговорить с их вождём Раулем Смезо об увеличении поставок. Кроме того, по традициям кочевников, чтобы взять в жёны Жизель, я должен был получить согласие её отца.
Поездка получилась во всех смыслах успешной. Рауль, энергичный и харизматичный мужчина, с радостью соглашался на все мои торговые предложения. А мою просьбу жениться на его дочери он и вовсе воспринял с восторгом, отдав ритуальный родовой амулет. Он был в виде высеченной в дереве головы сокола с воткнутым пером.
Хоть согласие отца я получил, ещё было неизвестно, что решит сама Жизель. По традиции кочевников я должен был предложить девушке испить воды из своей фляги, а в другой руке держать родовой амулет. Если девушка не соглашается на женитьбу, то она не пьёт воду, а забирает амулет.
Этот ритуал стал очень волнительным для меня. В принципе, то, как строились отношения в этом мире, сильно отличалось от моего прошлого. Здесь многое строилось на традициях, и это придавало сакральности всему происходящему.
Жизель я застал за пошивом одежды возле её глиняного дома. Девушка приветливо улыбнулась. Её взгляд сразу соскользнул на амулет в моей руке и флягу.
— Я думала, ты придёшь за мной гораздо раньше, — укоризненно произнесла она. — Неужели я недостаточно хороша для тебя?
— Ты прекрасна во всём, — с улыбкой сказал. — Но я не мог приехать раньше, ведь был занят делами Адолии.
— Ко мне приходили свататься десять мужчин, — девушка слегка повернула голову в сторону, — и каждый из них был мной очарован в первый же день. Они не оттягивали ритуал, боясь, что я уйду к кому-то другому.
Внутри всё сжалось. Неужели она хочет меня отвергнуть? Уже потом я узнал, что свататься к девушке приходило даже не десять мужчин, а больше полусотни. Большую часть из них отсеял Рауль Смезо или его люди. Но десятерых он допустил, и я стал одиннадцатым. Мне об этом никто ничего не сказал.
Стоя перед Жизель и слушая, в каком игривом настроении она всё это говорит, я думал, что моя нерасторопность её обидела. Жизель подошла ко мне ближе, я почувствовал приятный цветочный аромат духов девушки.
Сердце забилось быстрее. Всё же она была до ужаса красивой — аж всё внутри замирало. Никогда раньше я не думал, что мне нравятся смуглые девушки, но тут дело не только в красоте, но и в харизме.