Нажимаю кнопку включения, и экран загорается. Мой телефон без умолку жужжит, оповещая меня о сообщениях и о переполненной голосовой почте. Открываю галерею и разворачиваю телефон к Роуз. На фотографии я и Марк в нашей квартире в наш последний раз. Его черное тату на шее открыто взору, и я невольно провожу пальцем по экрану.
— А он симпатичный, а тату на шее обалденное. — Забирая телефон из рук, улыбается сестрёнка.
— Это моё тату. Он сделал его, чтобы я всегда была рядом. Это его некая ассоциация со мной. Он сделал её через месяц нашего знакомства. — Воспоминания о нашей встрече вызвали у меня улыбку и его черные розы в моей квартире.
Вибрирующий телефон моргал, и я разрывалась от выбора брать или нет трубку.
— Ханна привет. — Скривив лицо, сказала я.
— Мать твою Готти! Ты куда делась? Твой отец и брат весь Нью-Йорк поставили на уши! Ты в розыске! Международном! Где ты? — Кричала в трубку Ханна.
— Ханна, я всё объясню попозже. — Вздыхая сказала я.
— Марк в больнице. — Слова Ханны звоном отдаются в моих ушах.
— Что случилось? — Тихим низким шепотом сказала я.
— Авария, машина скрылась с места аварии. Три дня назад, Лил. На тебя до сих пор идёт охота? — Тяжело вздыхая, сказала подруга.
— В какой больнице? — в ответ было лишь молчание, — Ханна! В какой он больнице!?
— Лиллиан, он в коме. Шансы малы на то, что он выживет, — хлюпая носом, говорила подруга, — Лиллиан, ответь мне на вопрос. За тобой до сих пор охотятся?
— Д-да.
Полный шок и гнев пропитывали моё тело. Руки дрожали и я, выронив телефон на столешницу закрывая лицо руками, а Роуз нажала отбой и обняла меня, поглаживая по спине.
— Дежавю. Теперь моя очередь умирать. — Шептала я в свои ладони.
— Нет! Я не позволю этому свершиться! — Спрыгивая со стула, кричит Роуз.
И вибрирующий телефон прерывает её крик. «Макс» мигает на телефоне, и мой желудок падает вниз.
— Не бери! Ни в коем случае! — Выпучив глаза, кричала Роуз.
— Я не могу. Мы должны рассказать им! — Беря телефон в руку, я вижу выпученные глаза Роуз.
Она тяжело вздыхает, и я нажимаю на зелёную кнопку.
— Лиллиан! Твою мать! — Орал в трубку Макс.
— Макс, успокойся, — тихо сказала я, — Не кричи.
— Где ты, черт возьми? — Орал он так, что слышно было и без громкой связи.
— Я всё объясню, но позже. Со мной всё в порядке. Скажи мне ты в курсе про Марка? — Сглатывая ком в горле, говорю я.
— В курсе, — затихает братец, — Мы позаботились о нём.
— Спасибо за всё, а теперь не волнуйся, я всё решу. Со мной всё будет хорошо. Обещаю. — И не дав ему ответить, нажимаю отбой и выключаю телефон.
— Он в бешенстве, — вздыхая, говорила Роуз, — Что будем делать дальше?
— Я должна увидеть его.
Роуз лишь послушно кивнула и протянула свой телефон, и я набрала номер Ханны.
— Ханна это я. В какой он больнице? — Тихонько сказала я в трубку.
Запрыгивая в свою машину с липовыми номерами, я рванула с места вместе с Роуз. Подъезжая к центральной больнице, я увидела черные тонированные машины и посмотрела на Роуз.
— Тебе идти нельзя, охрана Готти здесь, а это значит лишь одно, как только я ступлю на порог больницы приедет Макс. Я пойду одна, а ты припаркуйся, где-нибудь, чтобы тебя не увидели. — Открывая двери машины, говорила я.
— Хорошо, будь осторожна. — Я кивнула в ответ сестре и зашагала к больнице.
Заходя в больницу, я осмотрелась и увидела несколько человек в костюмах, которые пялились в мою сторону и передавали, что-то по гарнитуре.
— Здравствуйте, меня зовут Лиллиан Готти. Мне нужно навестить друга, его зовут Марк Рид. — Она подняла на меня взгляд и провела взглядом по комнате и людям в костюмах.
— Четвертый этаж, я сообщу его врачу, что вы здесь. — Я кивнула девушке за стойкой и практически побежала к лифту.
Поднявшись на четвертый этаж двери лифта, открылись и меня встретила улыбчивая женщина.
— Здравствуйте, мисс Готти. Я доктор Эндрюс. Пойдемте. — Провожая меня, говорила док.
— Как он? — глухо отозвался мой голос, — Он выживет?
— Только чудо поможет ему. Его мозг повреждён. Ваш брат обо всём позаботился, не волнуйтесь не о чём. — Говорила спокойно Доктор Эндрюс.
Остановившись у палаты вместе с доктором, я повернула голову и мое сердце сжалось.
— О господи… — прошептала я, входя в палату.
— Я вас оставлю, если что-то понадобится, я буду на стойке регистрации. — После этих слов она покинула палату.
Я на дрожащих ногах подходила к Марку, и мои щеки обжигали слезы. Перемотанная голова и рука и множественные синяки на теле разрывали мою душу на части. Присаживаясь на край кровати, я обхватываю его ладонь и прижимаю к своей щеке.
— Прости меня, Марк это я во всём виновата. Я предупреждала тебе, а ты как всегда не слушал. Я потеряла нашего ребёнка, я не переживу если потеряю тебя, — рыдая говорила я, — Вернись ко мне, умоляю, — прижимая его руку к своей щеке, я судорожно всхлипывала.
— Лиллиан, — голос брата даже не заставил меня повернуться к нему, — Ты не виновата в этом.
— Я виновата во всех смертях. Мама, Лео, теперь и Марк. Он гонится за мной, и я убью его, чего бы мне это не стоило. — Шептала я, не открывая взгляда от Марка.
— Ты не должна бороться в одиночку.
— А я и не одна, — переводя взгляд на брата, сказала я, — Я никогда не была одна.
Осматривая брата, я заметила, что он выглядел уставше и замученно. Щетина покрыла его лицо, а глаза потухли.
— Я думал, что потерял тебя… — шепотом сказал братец, — Потерял навсегда.
Ладонь на моей щеке вздрогнула, и тихий стон прозвучал со стороны Марка и я, выпучив глаза, посмотрела на Марка.
— Марк? — Спрыгивая с кровати, я наклонилась к нему, и он слабо открыл глаза вглядываясь в мое лицо.
Топот Макса уведомил меня, что он побежал за доктором.
— Кто ты? — Слабо сказал Марк и в этот момент меня как будто током ударило.
— Это я Лиллиан, — шепотом сказала я, наклоняясь ближе к Марку, — Твоя черная роза, Марк.
— Извините, но я вижу вас в первый раз. — Его глаза медленно закрывались и открывались, и от его слов моё сердце укололо тысячи иголок.
— Нет-нет, Марк. Ты не можешь так поступить со мной, только не сейчас, — слезы бежали по щекам и я положив ладонь к нему на щеку, пыталась увидеть в его глазах что-то, но в них не было того огонька, когда он смотрел на меня.
— Покиньте палату, мистер и мисс Готти, позвольте сделать нашу работу. — Доктор Эндрюс слегка улыбнулась нам, и я неохотно отошла от Марка, не сводя с него взгляда.
Доктор Эндрюс начала осматривать его на наличие реакций. С Максом мы стояли в коридоре в полной тишине. Он не задавал вопросов, и я была рада, что мне не придётся ни на что отвечать. Спустя некоторое время я увидела, как доктор Эндрюс выходит к нам и, сморщив нос, смотрит на меня.
— У него легкая амнезия, иногда процесс восстановления бывает разный день, месяц, год. Организм реагирует на внешние раздражители, а значит, мозг работает стабильно. — Спокойно объясняла женщина, спрятав руки в карманы халата.
— Сколько он не помнит? — Голос Макса был моим спасением, у меня не хватило духу задать этот вопрос.
— Три года. — Её голос выбил почву у меня из под ног.
Отойдя в сторону, я сжала кулаки и не могла сдерживать эмоции. Он покинул меня. Чарльз отнял всё. Забрал всё, что мне было дорого. Мама, Лео, ребёнок и Марк я верну ему долг, он заплатит за всё.
Я иду в сторону лифта, когда Макс хватает меня за локоть и разворачивает к себе лицом.
— Отпусти! — Сощурив глаза, ядовито сказала я.
— Ты куда собралась? Ты едешь домой! — Фыркая мне в лицо, Макс сжимал хватку на моём локте.
— Разбежалась! Отпусти Макс по-хорошему! — Дергая рукой, я пытаюсь идти к лифту, но тщетно.