Толчок и его сознание переместилось обратно в мир живых. Обратно на Землю.
Глава 7
Диггори проснулся под утро. Невзирая на то, что он проспал по меньшей мере несколько дней, его всё ещё одолевала невероятная усталость в суставах и в теле. Ему было настолько не по себе, что захотелось снова уснуть, но окончательно из сна его выдернула техника, стоящая рядом. Заработали датчики и запищала аппаратура, оповещая всю больницу о том, что пациент пришёл в себя.
В его палату начали сходиться зеваки врачи и беспокойные медсёстры. Первые спрашивали о самочувствии и интересовались последними воспоминаниями, а вторые сразу переходили к делу. Прекращала звенеть аппаратура, открывались окна и забирались увядшие цветы. Если до этого Диггори считал палату на удивление пустой, то теперь удивлялся противоположному. От количества людей у него закружилась голова. Из всех врачей выделился тот, что это заметил и мигом попросил всех покинуть пределы палаты.
Они остались вдвоём. Доктор сел на кресло, что стояло рядом и достал из нагрудного кармана халата записную книжку. Пролистав несколько листков, он занёс ручку над бумагой.
- Прошу прощения за моих коллег, - сказал он. - Не часто человек просыпается после столь длительной комы. Меня зовут доктор Тумс. Можете звать просто Тум, так делаю большинство пациентов.
Диггори с трудом смог пошевелить головой, мышцы успели отвыкнуть от движения. Он чувствовал себя ледоколом, проходящим по тысячелетнему льду, которым было его собственное тело. Диггори сдался, решив восстановить сначала связки:
- До… - начал он, но закашлялся. Вместо слов из его рта словно посыпались острые капли льда. Горло обожгло. Кашель не желал прекращался.
Врач подал ему стакан воды, о котором любезно позаботилась одна из медсестёр.
Вода подействовала раздражителем на больное место во рту, и оно заболело ещё пуще, но уже через мгновение, Диггори начало становиться лучше.
- Извините, доктор, - прохрипел Диггори, из-за чего снова закашлялся. На этот раз лучше стало почти сразу. – Но я ничего не помню о том, как здесь оказался.
- Моя задача не спрашивать, что вы помните. – Поспешил заверить беспокойного пациента Тумс. Его не задело сравнение со слишком любопытными коллегами, но обрадовало, что пациент смог быстро прийти в себя. – Меня интересует, как вы себя чувствуете.
- Паршиво. – Пришёл черёд Диггори радоваться, что Тумс оказался из тех, кого в первую очередь заботит здоровье пациента. – Как и сказал, я ничего не помню… Кажется у моей дочери должна была быть свадьба.
- Что ж, поздравляю, – сделал первую запись доктор, и тут же закрыл блокнот. – Вы попали в аварию, но к счастью, повреждения были исключительно поверхностными. Главным виновником оказалось ваше сердце. Инфаркт. За рулём автомобиля.
Диггори снова вспомнил все проклятия, знания о которых копил всю свою жизнь. Во рту скопилось много слизи и ему захотелось её куда-то выплюнуть. Ничего лучше чашки под рукой не оказалось.
- Больше никто не пострадал?
- Обычно мы не говорим о таких вещах пациентам, только что вышедшим из комы, но мне кажется вы должны знать. – Тон врача говорил о том, что новости не из приятных. – Дело в вашей жене.
Диггори заметил, что уже какое-то время не дышит. Тумс также это заметил, и на время засомневался, высматривая в пациенте намёки на то, стоит ли ему продолжать.
- Она была с вами в машине. Прибыла к нам незадолго до вас. Мне очень жаль.
На лице врача не дрогнул ни один мускул. Диггори был не первым, кому он приносил подобные вести – это была часть его работы. Последнее, что им при этом было нужно, это сочувствие.
Но Диггори не чувствовал себя плохо. В глубине души лились слёзы, но на поверхности было сухо и тепло. Он уже знал, что это так, что его жены давно нет в живых, и не чувствовал себя этим обманутым. Ему хотелось только одного.
- Моя дочь, - более-менее восстановившимся голосом сказал Диггори. – Вы её видели?
- Крепкая девушка. – Врач был рад поговорить о чём-нибудь позитивном. – Ни дня не пропустила у вашей кровати. Её молодой человек также был рядом с ней. Теперь муж, как я понимаю.
- А когда…