— Деньги? Мы заработаем их на туристах. Не забывай: отель!
— Эта долина с часовней где находится? В Палге, в стране не подчинившихся или еще где-нибудь? — спросил Элво.
— Я думал над этим, — ответил Герд Джемах. — Она находится в стране аосов, в домене Морнингсвейк.
— Значит, нет проблем, — объявил Элво. — На вашей земле великолепный исторический памятник, и вы имеете право построить отель.
— Не так быстро, — сказал Келс. — Мулл и Редемптионисты говорят, что мы должны иметь не больше, чем личную одежду. Кто же прав?
— Хотя я и редемптионист, — сказал Элво, — но мои лучшие друзья находятся здесь, в Морнингсвейке.
— Странно, что аосы ничего не знают о часовне, — сказал Джемах. — Я тщательно изучил карту. Это территория племени аосов.
— Но она близка к территории гарганшей, — сказал Келс. — Может, они знают о ней.
— А! — воскликнула Чейн. — Все ясно. Джорджоль узнал о часовне и хочет сам построить отель. Для этого он и хочет вышвырнуть нас из Морнингсвейка.
— Я не хочу о нем ничего слышать, — заметил Келс.
— Ты не прав по отношению к бедному Муффину. Он очень простой, прямой и открытый. Я полностью его понимаю.
— Ты единственная в этом, — сказал Келс.
— Я тоже не согласен, — заметил Элво.
— Джорджоль очень сложный человек. У него нет выбора. Посмотри на него с точки зрения психолога. Он ауткер и ульдрас одновременно. Два комплекса идей вложены в него. Он не может мыслить без постоянного сопоставления противоположных идей. Это чудо, что он остался таким деятельным.
— В этом нет загадки, — ответил Келс. — Ауткер или ульдрас, но он в первую очередь эгоист, и он всякий раз выступает в той роли, которая ему выгодна в настоящий момент. Сейчас он гарганш, зловещая фигура Серого Принца. Вполне возможно, что именно он был на Воздушной Акуле, которая сбила отца, а потом напала на нас.
Чейн негодующе замахала руками.
— Какая чушь! Ты же хорошо знаешь Джорджоля. Хладнокровный убийца? Нет!
Келса она не убедила.
— По воззрениям гарганшей хладнокровное убийство — это деяние, которым можно гордиться.
— Ты несправедлив к нему, — сказала Чейн. — Не забудь, что он спас твою жизнь.
— Я благодарен ему за это, и все же я низкого мнения о его благородстве и верности.
Чейн рассмеялась.
— Верности кому? Или чему? Я не вижу, чему он может быть верен.
— Естественно. Ты ведь любила его.
Чейн терпеливо вздохнула.
— Я предпочла бы назвать это привязанностью.
Чейн с большим усилием решила не ссориться с Келсом. Она отвечала спокойно и, как ей казалось, разумно.
— Отец действовал очень последовательно. Он дал Муффину много, но в тщательно определенных границах. Естественно, что Муффин заметил именно границы, а не щедрость отца. Представь себя на его месте: почти член семьи, но ест только на кухне. Ему было позволено взглянуть на кекс и даже попробовать кусочек, но не позволено съесть кекс целиком.
Элво Глиссам заметил с улыбкой.
— Надеюсь, не ты была этим самым кексом?
Чейн подняла брови и отвернулась с подчеркнутой холодностью. Замечание было бестактным, особенно в свете того, что сказал Келс о ее отношениях с Джорджолем. Когда Утер Маддук узнал о них, он взорвался, и этот взрыв швырнул Джорджоля в одном направлении, а Чейн на расстояние в тридцать два световых года в другом направлении.
Она сказала ровным тоном:
— Эти времена давно прошли.
Затем девушка встала из-за стола.
— Разговор становится довольно скучным.
Глава одиннадцатая
Герд Джемах со своим младшим братом Адаром, двумя кузенами и племянником прилетели на самолете в Вольводам. Повозка оказалась в целости и сохранности.
Герд, Адар и племянник повели повозку, а самолет барражировал над ними в воздухе.
Через день пути они прибыли в порт номер два.
Джемах расплатился за повозку и осмотрел свой самолет. Фиапс Мофиамида сохранил его.
Новый священник уже вступил в должность. Это был щуплый юноша с дрожащими губами. Он внимательно следил за Джемахом, но не произносил ни слова.
Джемах хотел спросить, не находится ли душа Мофиамида в лесу Алубан, но не решился.
Когда Герд Джемах прибыл в Суанисет, пришли вести из Морнингсвейка. Келс сообщал о небывалом нашествии со стороны не подчинившихся. Лучшие воины Хунгов, гарганшей аулков и зефиров объединились между собой и двигались на домены. Отряд насчитывал четыреста воинов. Причем странным было то, что они всегда были смертельными врагами друг другу, и сильна должна была быть воля того, кто смог объединить их. Разведчики аосов уже вступили в бой с передовым отрядом, но отступили, когда подошли главные силы врагов. Они уже дошли до Золотого озера, где осквернили три кахембы аосов.