Несколько ошарашенный неожиданной переменой темы, Александр промямлил что-то невразумительное.
– Вот и я про то же, - обрадовался детина Костя. - Я и говорю, что все они там долбаки, и все про простой народ не думают, во как!
Трамвай остановился у платформы, и в открывшуюся дверь устремилась новая толпа народа. Амбал Костя даже не покачнулся под ее напором, по ходу дела прикрыв и Александра. И то хлеб, промелькнуло у парня в голове, а продержаться осталось только один перегон, ну, водила, ну, дорогой, жми на газ, да посильнее!
– Вот тут нам на заводе втолковывали, за кого голосовать надо, блин, опять забыл фамилию! Ну, за этого, котяру толстого, лысого, говорят, больше всех о нас печется. Да только вот я ни на столечко, - он продемонстрировал Александру грязный ноготь мизинца, - не верю. Опять нам лапшу на уши вешают, блин. Вот покойный Председатель толк в людях понимал, а эти все… Жопы они жирные! Не, вру, есть там один такой, на тебя похож, только без очков, как же фамилиё-то его, ё-моё… - Детина глубоко задумался. - Киселев, что ли… Не, Кисляков… Во, вспомнил, Кислицын! - Он торжествующе ухмыльнулся. - Вот он вроде парень ничего, и молодой еще, и дело иногда говорит, как тогда, на площади.
Он доверительно наклонился к Александру, опять обдав его перегаром:
– Я там сам был, сам все видел. Пришел к нам какой-то козел в костюме и грит, идите, мол, на площадь, а ваш начцеха ответственный, и ежели не пойдет кто, так мы вашего начальничка по первое число взгреем. А начцеха-то у нас, Петр Васеич, мужик ничо, понимающий, бывалоча, приползешь утречком на работу в дупель пьяный, а он тебе и грит, иди, мол, домой, проспись, но ежели завтра таким появишься - на себя пеняй. А я чо, я все понимаю, на следующий день на работе как стеклышко, и план наверстываю, как миленький. Ну так вот, я и пошел, чтобы Петра Васеича не подводить…
Александр краем глаза глянул в окно. Пора пробираться к выходу.
– Вы выходите? - спросил он женщину в коричневом пальто, стоящей на пути к дверям. Та молча дернула плечом. Александр вздохнул и начал протискиваться между ней и шкафообразным Костей.
– Ох, и выдал же тот парень там всем по первое число, - продолжал бубнить сосед ему в затылок. - Хранителям этим хреновым, я хочу сказать. Мы тут с корешами недавно, когда пузырь на троих взяли, так и решили - голосовать за него пойдем. Он там самый правильный, верно?
Двери перед Александром распахнулись, и он, чувствуя, что его сумка безнадежно застряла где-то позади, рванулся изо всех сил. Что-то в его пиджаке треснуло, и он почти кубарем выкатился на платформу.
– Так вот я и говорю, - крикнул ему вслед из-за закрывающихся дверей трамвая Костя, - только за него и можно!
Дверь со стеклянным звоном распахнулась, и в комнату стремительно влетела Зинаида Валентовна.
– Так, девочки и мальчики! - заявила она своим тонким неприятным голоском, который, впрочем, сама считала вполне мелодичным и музыкальным. - Ну-ка, живенько вставайте из за столов, хватит сидеть, спинку утомлять, пора и погулять немного!
Она широко, но фальшиво улыбнулась. Уже пятнадцать лет состоя в профоргах института, Кушакова считалась - наверное, по праву - хорошим организатором, но при этом еще и полагала себя чем-то вроде мамочки для глупой молодежи. Ольга терпеть ее не могла за самоуверенность, с которой та давала окружающим дурацкие советы. - Все на собрание в актовом зале, все на собрание!
Профоргша подошла к Семену и решительным движением захлопнула лежащий перед ним справочник:
– Вставай, Сенечка, пора прогуляться-развеяться!
Не обращая внимания на ошарашенно-злое выражение, появившееся на лице конструктора, она стремительно двинулась дальше - Ольга едва успела сдвинуть кульман с выступающим чертежом в сторону - и исчезла через другую дверь.
Метнув ей вслед огненный взгляд, Ольга с хрустом разогнула спину и потянулась. Несколько пожилых леди, смаковавших чай в уголке и представляющих в их отделе высший свет, неодобрительно покосились на ее ладную фигуру в обтягивающей кофточке, впрочем, ничего не сказав. С некоторых пор между ними установилось вооруженное перемирие - она не лезла на рожон, а леди, побаивающиеся ее острого язычка, не высказывались в ее адрес публично. На треп же за спиной Ольге было решительно наплевать.
Размяв спину, она подошла к Семену, который все еще задумчиво покусывал карандаш, глядя на листок с выкладками. Она приобняла его за плечи и слегка взъерошила волосы.
– О чем задумался, добрый молодец? - полушутливо-полусерьезно прошептала она ему в ухо. - Опять балка на стропилах не держится?
Семен фыркнул и бросил карандаш на стол, обняв ее за талию.
– Полчаса, понимаешь, формулу искал, - печально улыбнулся он краем рта, - а тут пришла эта корова и книгу захлопнула. Я даже линейку вложить не успел! - Он вздохнул. - Ладно, фиг с ней, нашел раз, найду и снова. Ну что, пошли?
– Пошли, - кивнула Ольга. - А что случилось?
– Ты не знаешь? - удивился Семен, поднимаясь из-за стола. - Перед входом плакат четыре на два метра висит. Елки зеленые, как для чертежей краковский ватман - так дефицит, а как для мурни всякой - пожалуйста. Ты что, действительно не видела?
– Не-а, - помотала головой Ольга, дергая его за ухо. - Ну, не томи, рассказывай! Что случилось в нашем тихом омуте?
– Да ничего не случилось, - хмыкнул Семен. - Собрание предвыборное у нас, мозги компостировать полчаса будут на предмет того, как голосовать правильно. Пошли, пошли, а то все задние места займут, придется перед президиумом с умным видом сидеть.
Он решительно двинулся вперед, крепко ухватив Ольгу за руку. Девушка несколько секунд сопротивлялась, но потом, расхохотавшись, поддалась, и они бегом бросились в сторону актового зала.
– …не самые лучшие времена, - докладчик вытер пот со лба. В маленьком зале стояла духота, несмотря на распахнутые настежь двери и вовсю работающие вентиляторы. - Несмотря на это, мы должны, как и раньше, отдавать все свои силы на строительство светлого будущего для наших потомков, не поддаваясь минутной слабости. В нашей истории случались и гораздо более тяжелые периоды… - Ольга хихикнула. Рука Семена совершала рискованное путешествие где-то у нее под кофточкой, и ей стало щекотно. С передних рядов на них неодобрительно зашикали. -…поэтому особенно важно сделать осознанный и, самое главное, правильный выбор!
Докладчик многозначительно посмотрел в зал.
– Несмотря на обилие кандидатур на этот высокий пост, мы полагаем, что кандидатура Перепелкина Владислава Киреевича не имеет альтернативы.
Он остановился, налил в стакан воды из стоящего перед ним мутно-желтого графина и со вкусом выпил ее в несколько глотков.
Ольга сглотнула пересохшим от жары горлом. Внезапно на нее накатило какое-то ожесточение.
– А Кислицын все-таки лучше! - громко заявила она. - Он, по крайней мере, куда красивее, чем этот ваш Перепукин!
Докладчик на трибуне подавился водой. Ольга мстительно ухмыльнулась.
– Господа, господа, спокойнее! - Докладчик попытался перекрыть возникший в зале гул. Многие ехидно оглядывались на Ольгу, что-то шептали соседям. "Разведенка", уловила она краем уха голос Зинаиды Валентовны, и гордо выпрямилась в кресле. Пусть себе треплются, ей не жалко. Разведенка… Конечно, жить с мужем-алкоголиком - достойно, а развестись - позор! Парень из соседнего отдела, сидящий на пару рядов дальше, оглянулся на нее и склонился к соседу, что-то нашептывая ему на ухо и гадливо улыбаясь.
Докладчик, отчаявшись перекричать шум в зале, отчаянно стучал ложечкой по графину. Постепенно шум снизился, и он смог продолжить:
– Господа, я понимаю, что все устали после долгого рабочего дня, особенно молодежь, - он примирительно улыбнулся в сторону Ольги, - но я прошу все-таки понять, что речь идет о серьезных вещах. Да, Кислицын - перспективный молодой политик, и в будущем, я полагаю, он немало сможет сделать для нашей страны, возможно, даже на посту Народного Председателя. Но сейчас он еще слишком молод для такого высокого поста, у него не хватает опыта, и облечь его высшей властью в самый критический момент… м-м-м… мягко говоря, неразумно. Я прошу отнестись к выбору со всей ответственностью, тем более, что Кислицына никуда не собираются задвигать, о чем в последнее время ходят упорные слухи. Это злобная провокация врагов нашего государства! У нас каждый имеет право выдвигаться на любой выборный пост, и проигрыш в честной борьбе - не основание для того, чтобы применять к нему ужасные санкции. Это все и в Уложении сказано, сами знаете. К сожалению, сейчас достаточно деструктивных элементов, которые распускают ложные слухи в надежде дестабилизировать ситуацию…