Последние слова Редгар уже шептал, самозабвенно зарывшись лицом в душистые волосы Аники и отчаянно молясь всем богам, чтобы в этот раз у них было хоть немного больше времени.
Аника же стояла, замерев, такая счастливая и несчастная одновременно, что ее сердце трепыхалось горячим угольком, то затухая, то вспыхивая.
От счастья, что он рядом.
От боли, что больше они никогда не увидятся.
Последняя мысль была настолько жгучей, что позволила ей решиться.
Схватив Редгара за руку, девушка прямо и смело посмотрела в желтые глаза своего оборотня и кивнула в сторону ведьминой сторожки. Старой Хельды сейчас не было – для сбора горных трав она отправилась в дальнее ущелье за рекой и должна была прийти через день-другой.
Он все понял.
Резко вдохнув, подхватил ее на руки, и, быстро переступая укрытые свежей порослью кочки и впадины, уверенно пошел к лесу. В сторону проступающей сквозь весеннюю листву сторожки.
У порога опустил Анику на пол, позволяя открыть дверь и войти первой. Заходя, быстро окинул взглядом полутемное пространство ведьминой хижины и решительно задвинул засов, стараясь унять подлую дрожь в груди.
Он узнал этот дом.
Глава 5. Близость
Она стояла у стола, напротив маленького тусклого оконца, и трепетно смотрела на него. Такая нежная и доверчивая, что от этого защемило сердце. Простое платье из серого полотна тонко очерчивало юную фигурку, каждый изгиб которой так мучительно долго снился ему в снах. Тело, которое он познал лишь однажды, в беспамятстве, и которое видел истерзанным на этом полу… в тот день.
Девушка, на любовь которой и не надеялся.
Но это было в другой жизни.
Сейчас в этой сторожке на краю леса призраки прошлого отступили. Тут и сейчас стояли просто Редгар и Аника.
Не надломленный после покушения наследный принц и его юная избранная, связанные болью и роком. А закаленный годами и испытаниями мужчина и самая желанная влюбленная в него девушка.
И текущее вспять время, тающее с каждой секундой.
Время, которого было слишком мало.
Редгар тяжело выдохнул и решительно подошел к Анике.
Сгреб обеими руками, поражаясь, какая же она маленькая и хрупкая. Вслушиваясь в бешено колотящееся сердце девушки, жадно прижал ее к себе. Сладко. Горько. Все уже решив наперед.
Больше жизни он хотел ее сейчас.
Не просто взять, войти в дурманящую до безумия плоть, целуя и выпивая каждый ее сантиметр, познавая, вдыхая тонкий ягодный аромат… Он хотел ее взять навсегда. Всю. Присвоить. Соединиться так глубоко, как только могут мужчина и женщина, отдающие друг другу и тело, и душу, и саму жизнь.
Ни на миг не отпуская больше. Защищая. Укрывая от всего мира. Став для нее всем миром. Зацеловывая, стирая те слезы, которые она пролила там, в прошлой жизни. Она их не знает, но он их помнит. Он готов вырвать собственное сердце, лишь бы та боль никогда не коснулась ее тут… Обнять так нежно, как должен был в самый первый момент встречи. Защитить прямо сейчас.
Защитить.
Редгар резко разомкнул объятия, рывком выдохнув из легких весь воздух, и решительно отошел к столу.
Аника смотрела растерянно и непонимающе.
- Я не могу так поступить с тобой… – произнес он тихо, вглядываясь в широко открытые глаза девушки. – Не могу воспользоваться твоим доверием и бросить… Ты должна спасти себя. Это главное. В день призыва я уже не смогу сюда прийти. А ты должна спастись и жить дальше. Жить свободно, слышишь, и забыть все, что связано со мной.
- А ты? – вопрос вырвался так тихо и горько, что Аника засомневалась, что произнесла его вслух. Так много мыслей и чувств бурлило внутри. – А... он?
- Он не станет извергом для своей пары и причиной смерти своего сына. Вернется в замок. Перетерпит. Будет учится жить… сколько сможет. Найдет и уничтожит врагов. Постарается стать сильным и справедливым правителем. А я… У меня все будет хорошо. Если я буду уверен, что ты есть. Пусть в другом времени, но есть – жива и счастлива.
Аника раскрыла рот, чтобы возразить на его слова, но Редгар твердо остановил ее.
- Ты слишком дорога мне, пойми. И я не знаю, сколько времени у нас осталось. Хочу быть уверен, что ты все сделаешь правильно. Что сбережешь себя любой ценой.
Аника кивнула, показывая, что понимает. Сейчас она стояла в тени, спиной к окну, и Редгар не мог видеть ее лица четко, лишь силуэт.
Он отодвинул от стола тяжелый дубовый стул, предложив девушке сесть, а сам прислонился к шершавой стене у окна. Дневной свет косой полосой скользнул по его желтым глазам, и Аника еле слышно вздохнула.