Дварфы в это время, не теряя ни минуты, развернули повозки в сторону дороги и отправились в дальнейший путь. Я по пути рассказал друзьям, что произошло на этом берегу в их отсутствие, а также сообщил Фее и Пузырю, что нас наняли в качестве охранников обоза. Петька откровенно обрадовался серьёзной работе, а вот Фея насторожилась и стала ворчать, что я не должен за неё принимать такие ответственные решения. Однако тот факт, что она будет получать втрое больше меня с Пузырём, Ленку сразу успокоил, и она согласилась.
Из-за бурных событий утра наш караван сильно отставал от графика, и добраться засветло до следующего безопасного форта дварфы уже никак не успевали. К тому же дварфы стали передвигаться осторожнее, периодически неожиданно останавливаясь и осматривая окружающий лес при помощи подзорных труб.
Мы тоже не стояли без дела — я и Пузырь постоянно уходили вперёд и осматривали заросли. Фея с закрытыми глазами сидела на средней телеге и совершенствовала свой навык обнаружения живых существ. Со стороны понять было трудно — действительно ли она вся погружена в сканирование местности или просто спит. Лишь по редким взмахам руками и обрывкам непонятных фраз можно было понять, что Фея активно работает.
Я, уходя вперёд в лес, совмещал разведку и охоту — к вечеру на телеге возле Феи было уже три тушки зайцев и две птицы вроде куропаток, только ярко-зелёной окраски. Кроме того, отойдя подальше от остальных, я изучил содержимое двух кошельков, которые я подобрал утром на поле боя. В большом кошеле было много меди и серебра, в сумме где-то на сорок корольков. В маленьком кошельке хранилось двенадцать империалов, а также два маленьких огранённых зелёных камня.
Под вечер дварфы остановились прямо в лесу, отъехав подальше от дороги и завалив свои телеги нарубленными ветками. Мы поделились с дварфами мясом, оставив себе только одного крупного кролика на ужин. Суртак поблагодарил и попытался всучить мне один цехин за мясо, но я отказался. Готовкой еды занялась Фея, а мы с Пузырём поставили палатку. Я очень устал за этот длинный день и откровенно клевал носом. Но вкусный ужин, конечно, не мог пропустить. Тем более что весь день с самого утра я ничего не ел.
Во время ужина ко мне подошли двое дварфов и, произнеся торжественную речь про мою храбрость, вручили мне десять золотых монет — заслуженную мной, по их мнению, часть награды. Я, откровенно говоря, ожидал намного больше, но спорить не стал. После ужина я разделил награду и содержимое большого кошелька поровну на три части и поделился с Феей и Пузырём. Фея приняла деньги спокойно, как само собой разумеющееся. А Пузырь почему-то долго стеснялся, отнекиваясь, что это слишком большие деньги, и он не может их взять. Но взял в итоге и долго благодарил. Про содержимое маленького кошелька и припрятанный мной перстень я не сказал никому, решив, что эту награду я честно заработал в бою.
Я сильно устал и сразу после вкусного сытного ужина завалился спать, договорившись с друзьями, что моё дежурство будет в последнюю треть ночи. Первым на дежурство заступил Пузырь, я же завалился спать, даже не раздевшись. Сквозь сон я смутно почувствовал, что кто-то заботливо укрыл меня тёплым одеялом.
К тому моменту, когда Фея разбудила меня, я уже неплохо выспался. Я подбросил сухих веток в костер и обошёл кругом наш лагерь. Дежурный дварфов опять дремал на посту, но будить его я не стал. Это был один из тех двух дварфов, вместе с которыми я сражался против разбойников на переправе. У него на поясе висел кошель с деньгами, наверняка и золотые Анселия были там. Но трогать кошелёк я не стал, хотя и был уверен, что дварф не проснётся, даже если его сильно пнуть ногой. Нет, я не забыл про несправедливый делёж награды и не собирался прощать обиду. Просто разумно посчитал, что сейчас не лучшее время, так как за следующие дни пути дварф непременно обнаружит пропажу, а в такой безлюдной местности догадаться — кто похититель — будет нетрудно.
Я ещё пару раз обошёл лагерь, описав по лесу большие круги. Всё было спокойно, лишь стрекот ночных сверчков нарушал безмятежную тишину. Тогда я вернулся к костру и сел на поваленное бревно, прутиком перемешивая угли. За спиной послышался шорох раскрываемого полога палатки, а потом пару раз хрустнули маленькие сухие веточки. Даже не оборачиваясь, я сразу понял, что это Фея босиком медленно идёт в мою сторону.