Какая-то возня была слышна внизу совсем рядом, у самой стены дома. Я, присев на корточки, прополз вперёд, вытянул голову и посмотрел вниз. И увидел лежащего на земле лицом вниз мужчину с раскинутыми в сторону руками, а нам ним склонившуюся закутанную в длинный плащ фигуру. Присмотревшись, я понял, что этот незнакомец пьёт кровь из шеи своей жертвы! И ещё я понял одну важную вещь — я четко видел своим ночным зрением расплывчатый силуэт тёплого тела лежащей на земле жертвы, но не видел силуэта ночного хищника.
Я уверен, что не вскрикнул от осознания ужаса происходящего, не вздрогнул и по-прежнему был хорошо скрыт тенями. Фактически, для любого человека я был невидим. Однако ночной хищник вдруг перестал лакать кровь, на секунду замер, а затем безошибочно повернул свою голову вверх в мою сторону. У него было белое лицо с перепачканным тёмной кровью ртом и устрашающими длинными клыками. Вампир!
Мы встретились с ним взглядами. Вампиры, как известно, нечеловечески сильны, быстры и смертельно опасны. Несмотря на сковывающий моё сердце леденящий ужас, я не отвёл взгляд и даже встал на крыше во весь свой рост, понимая, что прятаться дальше смысла нет. У вампира были жёлтые глаза с узкими чёрными вертикальными зрачками. Я усмехнулся про себя — раньше я из фильмов ужасов думал, что у вампиров глаза красные. Хотя какая разница!
Но, как ни странно, разница существовала — этот смешок разорвал сковывающие моё сердце оковы страха. Я плотнее обхватил арбалет, прикидывая — куда нужно целиться в вампира. В сердце? А работает ли сердце у нежити? Может в голову?
— Боишься? Это правильно… — раздался тихий шипящий голос ночного хищника, но мне почудились в этом голосе нотки неуверенности.
— Да нет, не боюсь, как ни странно, — удивил я вампира своим ответом. — Просто не ожидал встретить тебя здесь. А ещё эти глаза…
— Какие глаза? — несколько растерялся мой собеседник.
— Твои глаза. Во всех рассказах мне говорили, что у вампиров глаза красные, как рубины. А у тебя жёлтые, как янтарь.
— Ну, извини, что разочаровал… — при этих словах вампир привстал и запустил руку внутрь плаща.
— Не советую! — не знаю уж, какое оружие у него было припрятано — кинжал или что-то другое, но я поспешил предостеречь вампира от необдуманных действий, направив ему в лоб свой арбалет.
— Глупец! Как ты смеешь угрожать мне, хозяину этой ночи! Ты не сможешь убить истинного вампира, — голос вампира опять стал тихим и шипящим.
— Магическим оружием смогу, наверное. Но меня совершенно не интересует твой прах в качестве трофея.
— Да, арбалет у тебя неплохой. Чего же ты хочешь? — вампир явно колебался, моё необычное оружие смущало этого ночного охотника.
— Ничего, я просто изучал этот город, когда встретился с тобой.
— Ну, тогда оставь меня в покое и иди своей дорогой, — посоветовал мне вампир.
Я понял, что мне только что дали разрешение на жизнь. Победить вампира у меня шансов не было ни единого, но и опытный старый вампир, видимо, дорожил своей шкурой и тоже не горел желанием получить болт из неизвестного магического оружия. Безрассудные вампиры вообще встречаются крайне редко — ведь прожить сотни лет, не вызвав подозрений соседей и не погибнув от рук фанатиков-охотников или разъяренных местью родственников жертв можно лишь при условии исключительной аккуратности, выдержки и разумности поступков.
— Хорошо, я ухожу. Но я новичок в этом городе, на улицах никого, не подскажешь ли — в какой стороне Восточные ворота? — рискнул я спросить дорогу у хищника.
— Ну, ты и нахал… — протянул вампир и даже усмехнулся, затем махнул рукой в сторону. — Иди в том направлении, там широкая дорога ведёт прямо к городским воротам.
Я поблагодарил разумную нежить за совет и быстро ушёл от опасного собеседника. Совесть по поводу оставленного без помощи неизвестного мужчины меня не мучила — я понимал, что ничем помочь ему бы не смог. Хотя Пузырь на моём месте, наверняка вступился бы за беспомощную жертву…
Вскоре я действительно нашёл широкую мощёную дорогу и смог, в конце концов, сориентироваться. Ещё через полчаса я уже стоял у закрытых на ночь дверей «Боевого Единорога». Стучаться я не стал. Вместо этого я обошёл здание, залез на забор и, балансируя руками на манер канатоходца, по забору добрался до замеченной мною вчера черепичной крыши. Ещё минут тридцать у меня ушло на попытки открыть ножом щеколду окна.
В конце концов, засов подался. Я открыл раму и залез в свою комнату, закрыв за собой окно. С наслаждением скинул тяжёлую сумку и плащ. Разделся, не чуя ног от усталости, и повалился спать.