Короче, коготок увяз – всей птичке пропасть.
У Наташеньки спустя десяток-два случайных, но весьма бурных ночей, опять пузо на лоб полезло. Извините, временные дамы и кавалеры – так уж вышло, сердцу не прикажешь. Дети – это вам не интим на раз. Это уже социальная ответственность. Приблизительно так.
Ребёнок – аргумент железный: родная кровь.
Страсть – удивительное эмоциональное состояние, схожее с сильным головокружением, когда всё вокруг носится вихрем, не имея направления и цели. События тогда стремятся вылететь за пределы действительности. Сколько ни пытайся из последних сил упорядочить происходящее – тщетно.
Разве можно совладать со стихией?
В таких случаях больной вместо лекарства принимает ещё несколько порций яда, которым отравился накануне. Попытка выблевать то, что вызывает болезненные ощущения, бессмысленна – облегчение не наступает.
Остаётся решить, какое зелье страшнее: сейсмически неустойчивые семейные отношения или депрессия и водка.
– А может ну их: и жену, и водку, будь они неладны… напьюсь и умру молодым, – думает Серёга, – чтобы не достаться ни той, ни другой. Тошнёхонько! Но тогда им придётся между собой влиянием мериться. Хотя, если честно, от водки отказаться проще – проспался и забыл.
Только… любая, даже самая сладкая отрава – тот же наркотик. Удержаться в рамках оптимальной дозы не всегда удаётся, потому неизбежны болезненные кризисы, когда система сбивается с плавного ритма. Дальнейшие события раскручиваются хаотически, сразу во всех направлениях и неясно, куда замысловатая кривая выведет.
Если разобраться – всё складывается просто сказочно: две квартиры у супругов, двое удивительных мальчишек, дом – полная чаша. Чего вам ещё надобно!
Нужно просто решить, чего ты хочешь… на самом деле – добить себя окончательно, или чего-то опредёлённого в жизни добиться?
Кто бы знал, что на самом деле лучше. Сергуньку уже не переделать: как был валенок, так им и останется, а у Наташки, как ни крути – социальный имидж, привилегированное общественное положение, имущественный и профессиональный статус.
Наталья, когда ринулась в бой за незыблемые супружеские права, думала, что муженёк очухается, поймёт, что к чему, начнёт не только соображать, быть подспорьем. Но, Серёжка, как и прежде, неспешно плёлся в обозе по отношению к её непомерным амбициям. Любовью был сыт по горло, больше ничего не надобно.
И на какой хрен ей такой хвост – пушистый, но бесполезный во всех отношениях!
Пожила Наталья в повторном с Сергуней замужестве, пока заскучавшие во временной разлуке гормоны шевелились, и ревность покоя не давала, а потом разочаровалась, скисла.
Пришлось, а что делатьт… опять разводиться.
Серёга от такого оборота событий вновь основательно запил: ни любви, ни ласки больше не хочет.
Все бабы как бы – сами знаете, кто!
А Наталья опять с небывалым вдохновением заневестилась. Планы и цели, естественно, видоизменились, но желание быть успешной, богатой и знаменитой, не пропало.
Пробует возбуждённая, даже не так, одержимая навязчивыми идеями дама интенсивными мерами вывести злосчастную судьбу на более высокий уровень потребления. Мерещатся ей немалые материальные блага, которые непременно необходимо добыть. И поставить на личный учёт.
Причёску в немыслимом супермодном тренде соорудила, накладной маникюр, болезненный, но такой необходимый для нежности кожи лица пилинг, татуировки в самых неожиданных местах, одежонку не по возрасту, но от от кутюр, приобрела, лабутены носить выучилась, даже серёжку на пуп прилепила. Пирсинг, мать его, чтобы чувствовать себя необыкновенной... и отправилась плавать в море любви с меркантильным на то интересом.
Молодая кровь требует не только возбуждения, но и разрядки, а чувственные акробатические номера в постели никогда не были ей чужды. Чего греха таить – секс тоже относился в её озабоченной корыстью головке к стабильным материальным ценностям.
Секс без любви, даже эмоциональный и весьма горячий, увы, не вдохновил, новых возможностей почувствовать себя королевой не дал и не приумножил.
По причине крушения так и не сбывшихся надежд провалилась Наталья в глубочайшую депрессию.
Серёжка, решивший никогда больше не иметь отношений с женщинами-предательницами и вообще чувственных связей, превращающих мужчину в безмолвного раба, запил беспробудно.
Наташа тем временем окончательно разочаровалась во всём, что имело прежде инвестиционную и социальную привлекательность, начала стремительно худеть, гасла на глазах. Практически в тень себя прежней в кратчайшие сроки превратилась.
Зато теперь у неё всё есть, даже больше, чем мечтала: квартира, машина, положение, деньги. Только любви нет.