С котелком вместе шагнула в сторону парня. Он с пола быстро поднялся, смотрел на меня теперь затравленно. В моменты, когда я ощущала в себе силы, как сейчас, глаза мои золотом вспыхивали, и это очень всех пугало. Вот и сейчас Яромир мне в глаза смотрел завороженно, испуганно, обречённо. Такого противника и котелком огреть жаль…
- Последний раз по-хорошему спрашиваю: отпустишь меня? Не станешь мешать?
Вопросы мои только для красного словца были. С моими странными силами да с котелком я могла сама выбраться из избушки, а потом отправиться, куда вздумается. Но хотелось быть уверенной, что парень ни сам не пойдёт следом, ни погоню за мной не снарядит.
- Не стану мешать! - решительно ответил он. - Но с тобой пойду! - неожиданно в затравленном взгляде появилась решимость, уверенность и смелость. Яромир стал снова таким, каким я его знала. Он посмотрел мне в глаза без тени страха, хотя я точно знала: они ещё горят золотом. - Отыщем праведьму твою и снимем с меня приворот!
- После похищения о снятии приворота и не мечтай! - я скривилась, напоминая ему, как грубо он со мной обошёлся.
- Я… - он снова обхватил голову руками, зачесал волосы назад. - Я растерялся просто! Ты прости меня, Йожка… Не мог отпустить тебя, не знал, как словом удержать… Давай уговор: я тебе в пути помогать стану, а как доберёмся, ты с меня приворот снимешь? А если не сумеешь, то праведьма-то должна суметь!
Смотрела я на него и не знала, что отвечать на это. Вроде и сердце моё жаждет простить и с собой в путь взять, а вроде и не хочется мне привязываться к нему… Глядишь, за время пути влюблюсь в него заново, страдать потом придётся… Или, чего хуже, решу приворот не снимать, если Яромир ему подчинится и полюбит меня…
Ох, дурна затея! Ох, дурна!
Пока сомнения меня грызли, Яромир смотрел и ответа ждал.
Но соглашаться и брать его с собой я не хотела ещё и потому, что не понравилось мне, как он со мной обошёлся. Утащил сюда, руки мои связать хотел… А если б я не ведьмой была, о что б меня ждало?
К счастью, получилось время выиграть и не отвечать сразу.
Потому что в дверь неожиданно постучали… Негромко так, скромно, но настойчиво.
Яромир обернулся, нервно губы облизнул и снова на меня глянул. Всё ждал, что отвечу что-нибудь, а я не собиралась с ним никаких уговоров иметь. Я к нему по-хорошему, а он решил по-плохому. Ну так пусть расхлёбывает!
- Открывай, а не то дверь вышибу, да живым не выпущу! - голос показался смутно знакомым: молодой, звонкий, весёлый. И нарочито суровый.
- Кто там? - спросил Яромир нервно и громко.
- Смертушка твоя пожаловала! - ответили за дверью со смешком, который я сразу же узнала.
Анисья! Сестрица моя!
Обрадовалась я и победоносно на Яромира глянула. Но он больше страха своего не показывал, посмотрел на меня, а потом на дверь.
- Твои что ли, нечистые, пожаловали? - спросил у меня, на что я ответила с гордостью:
- Да. Мои. Нечисть лесная. Попробуй обидь меня — я хоть ведьмой и недавно стала, а свою во мне сразу признали, они за меня теперь горой! - пригрозила ему, а сама себя на мысли поймала, что не так и плохо с нечистью-то знаться. Они сильны, хитры, мудры… Никакой человек не страшен, коли в друзьях у тебя нечистая сила водится!
Яромир хмыкнул. Почуял, что храбрюсь да родством с ведьмами хвастаю. Но и это не испугало его. Он уже взял себя в руки, принял решение и готов был идти со мной ради избавления от приворота.
Шагнул к двери, отворил её.
Девушка, которую на речке я в ту роковую ночь видала, стояла в белом сияющем платье и смотрела на парня сердитым недовольным взглядом.
- Ты куда сестрицу мою уволок против её воли, негодник? - спросила она и сверкнула глазами. Серебром они вспыхнули, да так ярко, что Яромир зажмурился, а я, наоборот, во все глаза на сестрицу уставилась.
- Поговорить уволок, - отозвался Яромир. - С ней хочу отправиться в путь-дорогу, праведьму вашу искать.
Рассмеялась Анисья и улыбнулась:
- А осилишь ли дорогу-то? Путь через лес лежит, меж болот да чащоб. Мало ли, кто в них водится и кто вам повстречается. Сестрицу мою не тронут, а тебя вот запросто погубить могут!
И склонила она голову набок, насмешливо на парня глядя. А он хмыкнул в ответ:
- А что ж мне предложишь тогда? Оставаться тут, по Йожке страдать да смерть свою поджидать? Уж лучше у пути к свободе сгинуть, чем оставаться и погибать, ничего не делая, - ответил он ей с вызовом. - А коли умная такая — помогла бы нам добраться до праведьмы поскорее! Это ж не одному мне надобно: Йожка, вон, тоже к ней дело имеет.