— Вот это дело! Как Игорь?
— Нормально, его тоже чуть цепануло… Ему проще, Женька поверит в сказанное, а Наташка… — покачав головой, Сергей засмеялся.
— Поймёт всё твоя Наташка, она умница. Ты только правду скажи. Женщины ведь чувствуют, когда мы выкручиваемся. Конечно, могут промолчать, понимая, что мы их бережём. Но твоя-то — военный врач, а не просто так…
Просидели допоздна, много разговаривали, выпили пару бутылок армянского и разошлись отдыхать.
На землю медленно опускался белый пушистый снег. Сергей, сидя на лавочке в сквере госпиталя, поднял голову, подставляя лицо опускающимся снежинкам. Букет цветов, завернутый в пару газет, лежал рядом.
Наташа медленно шла по дорожке, чуть опустив голову. Сергей поднялся, прихватив букет, и вышел на дорожку. Девушка подняла голову и остановилась.
— Так не бывает! — Наташа широко улыбалась.
— Почему?
— Я только что подумала, что как бы было здорово увидеть тебя!
— И вот я тут! Желание любимой жены исполнено! — Сергей, обняв, поцеловал Наташу и только потом протянул букет.
— Ты надолго? — обхватив руку мужа, Наташа посмотрела на Сергея.
— Месяц отпуска, с запретом появляться на базе, — засмеялся мужчина. — Наташ, поехали, вещи заберем и домой. Отец рад будет! Я вчера приехал, прости, что сразу до тебя не доехал.
— Наоборот, молодец! Я вчера на операции ассистировала, а если бы тебя увидела, то не смогла бы, — Наташа, вздохнув, плотнее прижалась плечом к мужу.
Молодые люди шли по дорожке к выходу с территории госпиталя. Навстречу двигался мужчина небольшого роста в драповом пальто и шляпе.
— Наташенька, доброе утро! Как смена? — участливо поинтересовался мужчина.
— Профессор, всё хорошо, спасибо! — улыбнулась девушка.
— Я так полагаю, это ваш муж Сергей? Наташенька говорила, что вы служите?
— Есть немного… — пожал плечами Сергей, посмотрев на жену.
— И в каком звании?
— Товарищ полковник, Сережа — капитан…
— Это где у нас столь молодые люди становятся капитанами? — улыбнулся мужчина.
— Да, как вам сказать… При штабах быстро карьеру удается выстраивать, — произнес Сергей, рассматривая полковника, больше похожего на учителя.
— Ну да… Почему-то я так и подумал, глядя на ваш загар, обветренное лицо, кисти рук и манеру держаться, — широко улыбнулся мужчина. — Сережа, берегите себя в вашей непростой службе. Не смею вас задерживать.
Мужчина пожал Сергею руку и, приподняв шляпу, чуть кивнул, попрощавшись с Наташей.
— У товарища полковника золотые руки, он хирург от бога! — восхищенно произнесла девушка.
— Наташка, ты не рассказывай никому, где служу…
— Сереж, мы, женщины, конечно, любим поговорить и мужьями похвастаться… Но мы также понимаем, о чем говорить можно, а о чем лучше промолчать. Тем более тебя профессор медицины просчитал сразу, — засмеялась девушка. — Он таких же ребят оперирует, когда им не везет.
— Вот же угораздило меня жениться на военном медике, — засмеявшись, Сергей поцеловал Наташу.
Разговаривая, молодые люди дошли до Бауманской. Наташа открыла дверь ключом.
— Сережа! — мама Наташи вышла из кухни в прихожую.
— Здравствуй, мам! Я тоже рада тебя видеть, — улыбаясь, произнесла Наташа.
— Не ворчи, я тебя каждый день вижу, а Сережу давно не видела. Я как чувствовала — пирожками занялась. Минут через десять будут готовы, пока не поедите — не отпущу, — улыбаясь, произнесла женщина.
— Пойду собираться, к мужу съезжаю, — Наташа, улыбаясь, смотрела на маму.
— Иди, а мы с Сережей посекретничаем…
— Мам, у меня такое ощущение, что тебе совершенно безразлично, что дочь уйдет из дома! — Наташа продолжала смеяться.
— Доченька, ты молодая, замужняя женщина и уходишь к мужу. Что ты ждешь от меня? Я благословила вас на свадьбе. Сереженька, пойдем, накормлю тебя пирожками. — Женщина подтолкнула смеющегося Сергея на кухню. — Ты надолго домой?
— Надежда Александровна, у меня месяц.
— Вот и хорошо! Отдыхай, да и Наташка хоть успокоится.
Сергей с удовольствием уплетал пирожки и отвечал на вопросы Надежды Александровны. Минут через двадцать на кухню вошла Наташа.
— Я готова!
— Доченька, пирожков на дорожку и с собой вам соберу. Николая Владимировича угостите. Как у него дела?
— Работает, у него вся жизнь в этом… — вздохнул Сергей.