— Орбита стабильна! — подал голос штурман.
— Не отвлекай меня! — снова нагрубил капитан, увлеченно следя за попетом снарядов.
Удлиненные бочонки выпущенных зарядов засияли малиновым цветом войдя в атмосферу. Они опускались все ниже, ниже и ниже, пока не исчезли в волнующемся море зелени.
— В чем дело, Хшар тебя найди! — недовольно гаркнул он. — Лейтенант!
— Заряды настроены на подрыв у поверхности. — ответил артиллерист.
— Пробей мне это зеленое дерьмо сверху, чтобы я мог землю увидеть! — Халим недовольно скривился.
Его посетила мысль, что лейтенант-артиллерист позволил себе принять собственное решение даже не посоветовавшись с ним. КАПИТАНОМ ЭТОГО КОРАБЛЯ!
— Хшары тебя задери! Ты будешь выполнять мои приказы, или у тебя расстройство мозга? — закричал Халим. Пока он возмущзлся и забрызгивал слюной внутренние поверхности шлема, орудия успели дать еще один залп.
— Есть, капитан. — отозвался артиллерист.
— И минус десять тебе от декады! — не удержался Халим, — Капитан здесь я! И не стоит пренебрегать мной! Надо было спросить не только куда и чем стрелять, но и уточнить высоту подрыва! И приказы мои должны исполняться моментально, еще до того, как я их отдам! Понял?
— Да. капитан. — недовольно ответил артиллерист.
«Похоже, наш капитан вместо погибшего Стейни выбрал меня в качестве новой мишени» — мелькнула у него мысль, — «Надо уходить с этого корабля. Вот вернемся на базу, сразу подзм рапорт о переводе!»
Халим же довольно щурился, прикидывая, кого еще можно убрать, заменив своими людьми. Или не своими, а теми, на кого укажет старейшина Клана. Эта мысль, промелькнувшая, словно метеорит в падающем небе, испортила все настроение.
Ведь, несмотря на весь свой гонор. Халим не был старейшиной… да и уважаемым членом своего Клана он тоже не был!
120
Дикий, обливаясь потом и постанывая от напряжения, одной продолжал вытягивать герцога из-под завала, а другой пытался замедлить ход плиты. Плита опускалась все ниже и ниже, грозя и раздавить спасаемого им человека, и зажать руку ему самому. Серв. даже с помощью Дикого, не мог удержать ее на весу. Все же к не самому маленькому весу плиты добавлялся вес множества навалившихся на нее балок и обломков, которые в спешке были не отброшены в сторону, а просто немного раздвинуты. Объединенных усилий Дикого и серва едва хватало, чтобы удержать всю это массу на весу!
— Ну же! Еще немного! — сквозь зубы выдохнул Дикий, продолжая тянуть герцога.
Отпустить руку Дика и снова обеими руками хоть немного приподнять тяжелую плиту вверх он не хотел. Ему показалось, что надо именно сейчас, немедленно, вытащить герцога из-под завала. Немедленно!
— Давай же! Давай! — выкрикнул он. отчаянными рывками стараясь вытащить товарища.
Скаф герцога за что-то зацепился. Завал не хотел отпускать свою жертву…
— Еще! Еще! Давай! — рывки Дикого становились все сильнее и отчаяннее, пока, наконец, депо не сдвинулось с мертвой точки.
Вытаскивая герцога Дикий все перехватывал его и перехватывал, держась то за руку, то за выступающие части скафа. Вот безвольное тело герцога почти целиком выползло из-под плиты.
— Ну же! Ну! — тащил Дикий.
Вдруг наверху что-то треснуло, грохнуло. Пол бункера под ногами заходил ходуном. Связь с сервом пропала. Последним отчаянным рывком Дикий все же вытащил Дика и теперь, задыхаясь от приложенных усилий, смотрел как плита с глухим стуком падает вниз.
— Успел, хвала Спящим. — произнес он. устало прислонившись к стене. Несколько секунд он остановившимся взглядом смотрел в пространство. «Идти! Сейчас! Выход!» — забились в его голове мысли, заставляя шевелиться. — Да. идти! — он вслух выговорил свои мысли. — На выход…
Зацепив Дика за транспортировочную скобу на плече скафандра, он поволок того к выходу. Узкие проходы и кучи обломков затрудняли и замедляли движение. Едва протиснувшись в еще сильнее покосившийся и еще больше сузившийся дверной проем. Дикий споткнулся и упзл. Система стабилизации боевого скафа не сработала в штатном режиме, отчего он плашмя шлепнулся на ступеньки. Это его и спасло!
— Шш-р-р-р-ш-ш-ща-дах-х-х! — что-то прошелестело, прошипело и взорвалось.
Взорвалось так, что земля под Диким заходила ходуном, а его самого подкинуло! Вокруг засвистели мусор, обломки и кучи земли, а о шлем что-то увесисто стукнулось. За спиной, как показалось оглушенному бойцу, что-то пошевелилось.
— А-а-х, хшар возьми! — выдохнул-выругался Дикий, резко поднимаясь и разворачиваясь.