— Ну? И что же дальше? — не выдержал Док.
— А-а-а… заинтересовался? — съехидничал Сноу, — Что ж, слушай дальше! Вот Дикий ему и говорит, пойдем, мол. в кубрик, тут ты расслабиться не можешь. Плите заупрямился, но все же пошел. Гордость, она такая штука! Как же… он да и хуже Салта! Ну, и я за ними потопал!
— Да ты не тяни! Что ты рассказываешь по капле? — возмутился Док.
— А я. Апекс, тебя дразню! — улыбнулся Сноу, с шумом втянув ноздрями воздух, — Знаешь, как приятно, оказывается, ощущать твое нетерпение! Ты ждешь, ждешь, ждешь… внутри тебя все бурлит, бурлит, бурлит… А ведь надо было всего лишь поверить мне сразу!
— Придурок! — обиженно буркнул Док. отвернувшись.
— Да ладно тебе, ладно… не обижайся! — произнес Сноу, примирительно хлопнув медика по плечу, — Хотя твоя обида тоже… интересна…
Сноу вновь шумно вдохнул воздух.
— Значит, говоришь. Дикий повел вас в кубрик? — Док, которого распирало любопытство, попробовал зайти с другой стороны.
— Да. повел. — сержант как-то странно посмотрел на Дока. — Повел… Слушай, почему я твои эмоции чувствую? А? Вот только что ты был обижен, а вот сейчас в тебе снова море любопытства!
— Что? — отшатнулся Док, — Что ты чувствуешь?
— Эмоции твои! — Сноу нахмурился. — Вот сейчас ты испугался… Точно, испугался!
— А о чем я думаю? — настороженно спросил Док.
— А я откуда знаю? — удивился Сноу, — Это же твои мысли… я их читать не умею! — Хм… — Алекс Ас Тор осторожно отодвинулся от сержанта. — А сейчас? А вот сейчас?
Наконец. после нескольких сделанных им шагов назад, сержант разочарованно выдохнул: — Нет, сейчас ничего не ощущаю.
— Ну вот и хорошо. — Док оперся спиной о стену, — Теперь рассказывай дальше!
— Хм… — Сноу почесал макушку, — Ну, значит, в кубрике Дикий уложил Ппитса на койку и что-то начал приговаривать… Слушай! Мне совсем не интересно так рассказывать! Слова не идут… Как будто выковыриваю их из себя…
— Не-не-не! — Док погрозил пальцем попытавшемуся подойти ближе сержанту, — Там стой. И оттуда рассказывай. Обещзл!
— Ну… Уложил он его в койку и начал тихо так говорить, мол, хорошо тебе, тепло, спокойно… И еще что-то. Я не запомнил. Я сначала прислушивался, а потом незаметно для себя задремал. — нехотя продолжил Сноу, — И приснилось мне. что у меня шесть ног, четыре руки, и на каждую руку еще множество разных наездок. Забавно было. А потом я как-то неловко дернулся и проснулся.
— И что дальше?
— А что дальше… ругнулся я. Тихонько. Но Дикий тут же перестал разговаривать с Плитсом и сказал, что устал он. Дальше сами тренируйтесь, вот как сказал. А потом он упал и уснул. — Сноу говорил все медленней, пока, наконец, не замолк.
— Эй! Эй! Ты чего? — бросился к нему Док.
— Апекс… что-то плохо мне… — сержант поднял на медика мутный взгляд, — Помоги до кубрика добраться, а?
163
С трудом дотащив еле волочившего ноги здоровяка до койки, Док без сил опустился рядом. Сноу был очень, очень тяжел!
— Эй. Док! — раздался чей-то голос. Уставший. Апекс Ас Тор повернул в ту сторону голову.
— Ты что с сержантом сделал? А? — процедил он. сделал, гад?
— Ничего не делал, — устало произнес Док. — Помог до кровати дойти.
— Не-е-ет… ты что-то ему вколол! Ты хочешь его убить! — полностью поднявшийся Плите с угрозой шагнул к медику, — Без меня!
— Плите, ты что? — Док нашел в себе сипы встать на ноги.
— Но я не дам тебе убить сержанта! Я хочу сделать это сам! — сделал еще один шаг боец.
— Плите!
— Я тебя сейчас бить буду! — Плите угрожающе поднял сжатые в кулаки. — Буду бить тебя до тех пор. пока ты во всем не признаешься! Пока не забью тебя до смерти! А потом его!
— Плите, ты идиот? — Алекс Ас Тор с трудом встал в защитную стойку.
— Х-ха! — кулак Ппитса. обманув выставленную защиту, с силой врезался в скулу Дока.
Удар был столь силен, что Алекс отлетел на несколько шагов и мешком упзл на пол. С трудом приоткрыв глаза. Док с ужасом увидел надвигавшегося на него разъяренного десантника. Липкий страх заполнил его: убьет ведь!
Плите как будто упивался плещущимся в глазах Дока ужасом. Он будто бы набирался сил, глядя на лежащего у его ног медика! Пританцовывая, он придвигался все ближе, ближе и ближе…
— Я буду тебя бить… — выкрикнул он. — Долго… долго бить… Мне это нравится!
— Плите! — резко, как плеть, хлестнул голос Дикого. — Отставить!
— Чё? — резко развернулся десантник. — Чё ты сказал? Не лезь, видишь, я Дока воспитываю!