Питер накинул поверх пижамы дождевик, открыл дверь каюты и выглянул на палубу. Кто-то бежал через подлесок, ломая ветки, и он услышал рыдания женщины.
— Кто там? — крикнул он.
Вернувшись в кабину, он взял ручной фонарь, чтобы с его помощью рассеять тьму. Тот осветил стоявшую девушку, в ужасе смотревшую на Питера. Она была в ночной рубашке и старом, выцветшем халате. Волосы ее были растрепаны, а круглое лицо перекошено от страха.
— Все в порядке, — сказал Питер.
Очевидно, что-то в тоне его голоса успокоило ее, так как она начала взбираться по крутому берегу.
— Погодите, — остановил ее Питер. — Я подтяну свой катер ближе к берегу. Что произошло?
Она не отвечала, пока он не взялся за трос, и корма лодки не пристала к берегу. Рука, за которую ее взял Питер, была мертвенно холодной, и сама девушка вся дрожала как осиновый лист.
— Заберите меня отсюда! Заберите быстрее! — всхлипывала она. — Это ужасно! Я не останусь здесь на еще одну ночь! Я услышала о «часах смерти» и рассказала о них мистеру Хэннею, но он лишь рассмеялся…
— Вы увидели что-то неприятное, верно? — предположил Питер.
Он провел девушку в каюту и укутал ее в одеяло. Она была весьма невзрачна, и Питер без труда догадался, что она была служанкой. Когда же она сказала ему, что служит горничной, он скорее подивился тому, что она смогла дослужиться хотя бы до такой должности.
У Питера в термосе был горячий кофе, который он оставил для раннего завтрака. Он дал ей его, и это немного успокоило девушку.
— Я служу в доме мистера Хэннея, сэр… в Диггинс Фоллис, вы, должно быть, знаете этот дом.
— Нет, я о нем не слышал, — возразил Питер, — как и о мистере Хэннее. Кто он?
Девушка не смогла дать внятного описания своего хозяина, сказав лишь, что он очень богат и «умеет наряжаться».
Судя по всему, ее очень испугали некие «часы смерти». Она слышала их снова и снова. Двое других слуг уволились, услышав их стук, ведь, если они начинают стучать, значит, случится что-то ужасное. А она все время слышала это ужасное «тик-так» где-то в стене.
— Если вы слышите «часы смерти», значит, кто-то непременно умрет.
— Я слышал о таких суевериях, — сказал Питер с улыбкой. — Это просто шуршат жуки, а они вполне безобидные.
Девушка покачала головой.
— Только не здесь, сэр, — произнесла она очень серьезно. — В Честерфорде всегда что-то случается, если вы услышали «часы смерти».
Питер услышал чей-то голос, окликающий владельца судна с берега, и вышел на палубу. Он увидел высокого худого человека с фонарем в руке.
— Вы не видели здесь девушку? — громко спросил он низким голосом.
— Да, она здесь, со мной, — ответил Питер.
— Я мистер Хэнней из Честерфорда, — несколько напыщенно пояснил мужчина, видимо, обладающий изрядным самомнением. — Эта глупая служанка устроила истерику, услышав о часах смерти: после этого ей показалось, что она что-то увидела… Она выбежала из дома, прежде чем я успел ее остановить.
— С вашего позволения, сэр… — девушка вышла из кабины катера и встала за спиной Питера. — Мне было так страшно, сэр.
— Немедленно возвращайся домой! — приказал Хэнней. — Твое поведение просто нелепо, ты выставляешь и меня, и саму себя на посмешище. Призраки! Никто никогда их не видел!
— Но я видела, сэр…
— Чепуха! — отрезал мистер Хэнней. — Пошли, вернемся домой.
Питер с облегчением выдохнул: его не прельщала перспектива всю оставшуюся ночь делить каюту с этой девушкой. Его маленькие часы показывали, что только что перевалило за полночь, и у него не было никакого желания ночь напролет просидеть с той, которая не может говорить ни о чем, кроме как о призраках и часах смерти. Он охотно помог девушке сойти на берег.
— Большое спасибо, мистер…?
Питер не стал называть свое имя. Он был рад тому, что девушка ушла, но еще в течение часа ворочался с боку на бок, обдумывая это странное маленькое происшествие. Часы смерти? Призраки? Он улыбнулся этим суевериям.
Сразу же после того, как он стал засыпать, его снова потревожили. Ему еще раз пришлось выбираться из постели и выглядывать из каюты. Человек на берегу был без фонаря.
— Простите, сэр, это вы тот джентльмен, у которого пряталась Лили?
Питера внезапно обдало холодом — по причине, известной лишь ему самому.
— Да, — тихо ответил он.
— Она унесла ваш плед. Мистер Хэнней попросил вернуть его вам.
Волнение, охватившее Питера, сошло на нет. Оставив фонарь в каюте, он совсем смутно видел человека на берегу, но, очевидно, тот видел Питера достаточно хорошо.