Его клинок сталкивается с моим, сталь звенит о сталь. Но он лишь слабый человек, поэтому я просто отшвыриваю его. Тот падает на пыльный пол, и я добавляю пяткой по почкам. Займусь им позже, сейчас у меня задачка посложнее. Потому что монотонное пение все же прерывается, и трое вампиров бросаются на меня в пугающем молчании.
Хорошо, что благодаря стычке с Ннэль я примерно представляю, чего ждать. На пределе своей скорости ухожу в сторону, попутно отмахнувшись клинком. Слышу злобное шипение и ухмыляюсь. Ничего, мне еще есть чем вас удивить, твари! Главное, не дать зажать себя в угол.
Один из вампиров извлекает из своего странного одеяния не менее странный клинок – он изогнут и светится в полутьме храма, как болотная гнилушка. Жутко ухмыляясь тонкогубым ртом, делает им обманный выпад, но старый добрый меч длиннее. Он крутится в воздухе будто бы сам по себе: этот прием у меня отточен до уровня рефлекса. Двое других кровососов начинают окружать меня с боков, и приходится сменить тактику. Кажется, с вампирами что-то не так: зрачки расширены, белки заволокло красным. И движутся, словно марионетки, управляемые кем-то извне. Непонятно, хуже это для меня или лучше, но решаю рискнуть.
Походя роняя им под ноги жаровню с алтаря, разворачиваюсь к тварям спиной, разбегаюсь, и, оттолкнувшись от стены, кувыркаюсь в воздухе, приземляюсь за ними. Лысая голова отделяется от тела вампира изумительно легко, улетает в сторону, словно набитый травой кожаный мяч. Но и цена этого достижения оказывается высокой – тот, с клинком, скользит, ныряет мне под руку, и ребра обжигает боль. Второй кровосос тут же кидается ко мне, скаля клыки, целится в шею. Встречаю ударом в челюсть, но ему нипочем. Следующую атаку изогнутого кинжала отбиваю мечом и контратакую, но промахиваюсь. Тело внезапно становится медленным и непослушным. Это что еще такое? Кошусь на правый бок, но там лишь царапина. Значит – яд? Или ментальное воздействие? Благодаря объяснениям Ннэль могу примерно представить, что это такое.
Продолжаю сражение, но рука слабеет, едва удерживая меч. В глазах двоится, немеют пальцы. Раз так, придется продать свою жизнь подороже, чтобы дети успели добраться до бреши в барьере. А там Ннэль что-нибудь придумает, она очень сильна, насколько я убедился. Жаль, что мы с ней не успели прийти к взаимопониманию…
Из последних сил прижимаю владельца клинка к стене, заставляя выпустить оружие из руки, но тут в шею впиваются клыки. Я думал, что это неприятно, когда кусала она? Вот сейчас действительно неприятно – жизнь начинает стремительно покидать мое тело. Пытаюсь сбросить наглеца, но сам роняю меч и падаю на одно колено. Тянусь к шее твари, ведь можно попробовать придушить, это его задержит. Но сознание меркнет, в глазах темнеет, тело наливается холодной тяжестью.
И тут мой взгляд падает на дверной проем. Затуманенный разум играет со мной злые шутки? Или там действительно стоит...