ветил Фадль.
— А где же рабыни? Почему не бегут следом?
— Они не столь быстроноги, достойнейший из достой¬
нейших! Скоро ты их увидишь.
Фадль едва переводил дух. Взгляд его устремился на
одеяние аль-Амина. Польщенный престолонаследник тот¬
час это заметил:
— На кого я похож, мой любезный, в «костюме опья¬
нения»?
—¦ На доброго джинна, спустившегося с небес! — не
моргнув глазом, отчеканил фаворит.
Хотя первому престолонаследник у было всего семна¬
дцать лет и борода у него выросла недавно, лицо его уже
носило отпечаток жестокости и порочности. Глаза малень¬
кие, бегающие, нос загнут, как у беркута. Зато силы хоть
отбавляй,— он мог сразиться со львом . Безрассудства для
этого хватило бы тоже, — юноша был недалек и бездумен.
И все же первое впечатление этот мот и распутник произ¬
водил хорошее.
— Ах, вот как, ва джинна! — бросил он удовлетворен¬
но. — Тебе тоже надо будет переодеться! Из-за того что
ты опоздал, мы пропустили время дневного веселья, ты
лишил нас многих удовольствий. Но, слава аллаху, теперь
мы закончим день как надо!
Он дважды хлопнул в ладоши, и перед беседкой по¬
явился согнувшийся в три погибели турок или черкес, по ¬
хожий на стройную миловидную девушку. Это был евнух.
Вьющиеся волосы его были заплетены в толстую косу,
лежавшую на спине; широкий шелковый пояс, перетяги¬
вающий халат, был расшит золотом; голову украшал высо¬
кий пирамидальный тюрбан с серебряным полумесяцем
на верхушке, настолько тяжелый, что рабу всегда приходи¬
лось держать голову склоненной.
— Какие стихоплеты сегодня у нас выступают?
— Абу Нувас, мой повелитель, — высоким мелодичным
голосом пропел евнух, — а также Абуль Атахия и еще...
— Пусть злые джинны заберут твоего Абуль Атахию!
Нам нужны пьющие стихоплеты. Чтобы воспевать гурий
и вино. Давай сюда Абу Нуваса, всех остальных гони вон!
Скажи эмиру виночерпия, чтобы готовил меджлис веселья
по всем правилам!
— О достойнейший из достойнейших! — попросил
Фадль. — Прикажи не выгонять Абуль Атахию. Пусть
останется про запас, что-нибудь сочинит. Наплевать нам
на то, что он трезвенник.
— Да будет так! — согласился аль-Амин.
Глава XXIII
БОЙ ДИКИХ БАРАНОВ
Еще два хлопка в ладоши — и перед беседкой бесшум¬
но вырос новый раб.
— Где бараны? — грозно вопросил первый престоло¬
наследник. — Я хочу немедля показать сыну моего дяди
животных, равных которым по боевитости не сыщешь ни
в Багдаде, ни в Басре, ни во всей Месопотамии.
— Бараны на месте, мой повелитель!—ответил раб,
не разгибая спины. — Хозяин не привел их сюда: побоялся,
что они испортят копытами мозаику аллеи. К тому же они
лучше дерутся на твердой земле. Если бы мой повелитель
согласился перейти...
— Ну хорошо. Не будем заставлять бойцов попусту
тратить силы! — воскликнул аль-Амин, живо поднимаясь
и с важным видом шагая к утрамбованной площадке возле
крепостной стены, служившей ареной боев. Если бы не
легкомысленное одеяние, можно было бы подумать, что
он шествует на государственный меджлис. Следуя за ним,
Ибн аль-Хади и Фадль обменялись понимающими взгля¬
дами: «Ну разве можно такому человеку доверить хали¬
фат, границы которого простираются от Индийского океа¬
на на востоке до Атлантического на западе? Да на уме
у него одни забавы, одно ребячество! Разве он сможет
управлять народами, приспосабливаться к их обычаям,- со¬
блюдать законы, политические и государственные инте¬
ресы? Право, ему достаточно двух баранов!».
Из-за кустов неожиданно раздались призывы:
— О, мой повелитель! О, мой повелитель!
На аллею выскочил худощавый мужчина с окладистой
бородой и в чалме, какие иосят индийские купцы. Это
был бродячий циркач из горных земель, что тянутся за
Индией.
— Шагай суда, суда! — кричал он, показывая на боко¬
вую дорожку. — Моя барашек готов тебя достойно
встретить!
На арене, упершись передними копытами в землю и не
сводя друг с друга глаз, замерли два разъяренных горных
барана. Их белая шерсть для устрашения была причуд¬
ливо измазана красками. На шеях вместо железной цепи,