- А я согласен с мистрис. - Заскрипел монах.
- Да кто вы оба такие чтоб судить так о людях. Наша свадьба с его светлостью это решение короля! - Снова вскочила Айлентина. - Впрочем я не считаю нужным что-либо вам объяснять. - Айлентина снова начала метаться по комнате - То, что моих детей, моих мальчиков призвал к себе Господь Бог - моя вечная боль, но мы, смертные, не можем знать замыслы Божьи. Но у меня по крайне мере дети были. А дочери и я так полагаю старший сын живы и здоровы! Тогда, как вас, мистрис, Бог детьми вообще не благословил. Теперь вы, святой отец, - продолжала бушевать Айлентина - вы, что духовный отец Уильяма, что решили наложить на него такое наказание? Насколько я знаю у него другой духовник. Да вас обоих гнать надо из дома и куда подальше! Ваша светлость - Айлентина резко повернулась к Седрику - Отныне я близко не подпущу к маленькому Уильяму этих людей. Пока мы в Лондоне я сама займусь им. По приезде в Осборн лордом Уильямом могут заняться те, кто вырастил моих сыновей. Если же эти люди вас не устроят, вы наймете других. Но этих варваров подпускать к нему нельзя! - Обессиленная она почти упала на скамью-подоконник. Фелисити присела рядом с ней и погладила по руке. Айлентина благодарно слегка пожала руку девушки. Фелони поднесла мачехе серебряную кружку с фруктовой водой.
- Выпейте, миледи Айлентина, вы немного успокоитесь.
Айлентина улыбнулась Фелони и взяв кружку сделала несколько глотков. Вниз спустился Джозеф.
- Я сделал перевязку Уилу, мы с Пэгги уложили его, он уже спит.
- Не надо было делать никаких перевязок - снова заскрипел монах - когда лорд Уильям искупит свой грех раны пройдут сами.
Джозеф недоуменно посмотрел на брата. Джеффри тихо ввел его в суть происходящего.
- А если бы мой сын потерял бы обе ноги? Если бы их, не дай Бог, пришлось бы их отрезать? - Тихо спросил Седрик. - Если бы у него началось заражение крови и он бы умер от горячки? Об этом вы подумали?
- На все воля Божья! - Фанатично закатил глаза монах, молитвенно сложив руки.
- Фелони, Фелисити, проводите миледи Айлентину в спальню и оставайтесь либо с ней, либо идите к себе. - Неожиданно спокойно сказал Седрик. Но Айлентина почувствовала, что за его напускным спокойствием кипит такой гнев...!
Подождав пока Айлентина и дочери уйдут Седрик дал волю клокотавшему гневу. Сидя в спальне Айлентина и падчерицы пытались вслушиваться в то, что происходило внизу. Слов разобрать было невозможно, но было хорошо слышно, как шумел Седрик. Наконец все стихло. Айлентина отправила девушек спать и позвав Меган, начала раздеваться сама. Седрик был настолько взбешен происшедшим, что ворвался в спальню без стука. Айлентина уже стояла на коленях перед распятием, отпустив Меган. Седрик сел в кресло в ожидании когда Айлентина закончит молиться. Как только она осенила себя крестным знамением и опершись об аналой встала, он заговорил.
- Миледи, я благодарен вам за заботу о младшем сыне. Старшие сыновья мне все рассказали. Вы бились за Уильяма как настоящая мать.
- Не благодарите меня, милорд! Теперь это и мои дети тоже. - Развела руками Айлентина.
- Я приказал убираться из дома этой парочке. Если мне понравятся люди которые занимались вашими сыновьями - то они будут воспитывать и Уила. - Сообщил Седрик.
- Хорошо, милорд, я уверена, что эти пожилые супруги вам понравятся. Они служат герцогам Сомерсби с рождения. Это отец и мать капитана Берга. - Пояснила Айлентина.
Седрик удивленно поднял брови.
- Вас удивляет, что стражу ко мне приставил король, а ее капитан Берг? Он стал им не так давно. До этого был другой человек, но он погиб в стычке и тогда герцог Ричард, с согласия короля выбрал Берга. Леди Элизабет была няней всех моих детей, а сэр Томас - рыцарь, правда безземельный, как и Берг. Сэр Томас потерял левую руку в одной из битв. Он в меру строг и хорошо образован, что же до леди Элизабет, то она добра и ласкова, но тоже в меру. Я бы хотела, чтоб они воспитывали Уильяма, но решение, милорд, разумеется, за вами. - Подвела итог герцогиня.
- Хорошо, миледи, пока мы все будем заниматься с Уильямом, а в Осборне решим. Там ведь есть монах, кто будет обучать его наукам? - Седрик вопросительно посмотрел на нее.
- Разумеется, милорд. Настоятель нашей церкви Животворящего Креста очень умен. А французским я бы занялась с Уильмом сама. - Предложила Айлентина.
- Вы? - Удивился Седрик. - Ах да, чему я удивляюсь? Вы же бургундка. Пусть так. - Согласился Седрик.
- Благодарю вас, милорд. Если вам больше ничего не нужно, то я бы хотела лечь. День был очень трудным, я очень устала. Я сама постелила вам на тахте в кабинете. Там же я поставила вино, милорд. - Сообщила Айлентина мужу.
Седрик встал и уже взялся за ручку двери, но вспомнив обернулся.
- Хочу еще поблагодарить вас, миледи от себя лично, от своих сыновей и граф Рэтленд тоже просил вас благодарить - Седрик слегка склонил голову. - А чем вы нас поили утром? - Спросил он.
- Я просто заварила смесь трав, милорд. - Объяснила Айлентина.
- Джозеф рассказал о лечении Уильяма, вы действительно умеете врачевать? Кто вас учил этому? - Снова спросил Седрик.
- Как видите, милорд. Всех дам правящих домов обучают врачеванию. Лечить некоторые болезни, облегчать боли, зашивать раны, ухаживать за больными и ранеными. - Айлентина села на край кровати.
- Значит в случае моего ранения, миледи, я могу рассчитывать на вашу помощь? - Слегка улыбнулся Седрик.
- Конечно, милорд, но пусть лучше мое умение вам не понадобится.
- Хотелось бы. Доброй ночи, миледи. - Кивнул Седрик и закрыл за собой дверь в кабинет.
Раздеваясь Седрик думал о том, что пожалуй Рэтленд в чем - то прав. Айлентина действительно стала, за короткий срок, другом и доброй мачехой для его детей. И еще она отлично ведет дом. Вся прислуга вышколена, все делается вовремя и как бы само собой. Конечно в поместьях за три с лишним года многое пришло в упадок, но это не женское дело. А епископ Бишоп наверняка был больше озабочен не делами земель герцогства, хоть и управлял ими по решению короля, а тем, как набить свой карман. В общем - то его брак уже не представлялся ему такой катастрофой, как раньше. Могло быть и намного хуже. Они вообще могли быть врагами. Да он - Седрик, никогда не будет напыщенным придворным и высокомерным герцогом. Но вроде и покойный герцог Ричард таким не был. А то, что Айлентина бывает надменна - Рэтленд прав: - она такая только при дворе, да и то не со всеми. Нет, все не так уж и плохо. То, что между ними нет близости? Она предоставила ему полную свободу в отношении женщин, лишь бы это не выходило за рамки приличия. Нет. Определенно, все складывается не так уж и плохо. А сама она? У нее, наверно есть кавалер в Осборне? Ну и как она собирается с ним встречаться? То, что может позволить себе он, как мужчина, совершенно не позволительно ей - женщине! Ладно по приезде разберемся. И Седрик забрался под покрывало и задул свечу!
Следующие несколько дней Айлентина безвыездно провела дома. Рукодельничала с падчерицами, занималась малышом Уильямом. Мальчику с каждым днем становилось все лучше. Ребенок даже стал резвее и веселее. Она учила его французскому. Читала по вечерам вслух для младших детей. Седрик и его старшие сыновья целыми днями пропадали при дворе. Посещая состязания по борьбе, стрельбе из лука и участвуя в королевских охотах без дам, они трое были заняты целыми днями. Айлентину это мало беспокоило.
Воскресным дождливым днем все семейство должно было присутствовать на королевской мессе в Вестминстерском аббатстве. Дождь лил, как из ведра. Айлентине с падчерицами и Уильямом пришлось ехать в карете, а Седрику с сыновьями воспользоваться знаменитыми непромокаемыми плащами изобретенными в Осборне. Месса была длинной и утомительной. Все так устали, что против ожидания Айлентины даже Седрик со старшими сыновьями из аббатства поехали домой. Айлентина не любили карет, они слишком тряслись, ( тогда кареты не имели еще рессор) поэтому она устала еще больше, пока добралась домой. После обеда, из-за сырости, Айлентина велела растопить камин в малой гостиной. Все, как - то полюбили эту уютную комнату. Джеффри и Джозеф, как обычно, уселись играть в триктрак, Фелисити и Фелони шили, разложив рукоделие на столе, Уильям безуспешно пытался поймать подбрасываемый деревянный шарик в небольшую воронку с ручкой, оглашая смехом и взвизгиванием всю комнату. Это Айлентина подарила ему французскую игру бильбоке. Сама же Айлентина уселась на скамье - подоконнике, опершись спиной о каменный откос. На коленях у нее лежало вышивание, но она задумалась о своем. Она даже не заметила, как сверху спустился Седрик и подошел к окну, в проеме которого она сидела. Внимательно посмотрев на нее он сел на скамью напротив.