- Сэр Берг, Меган, ко мне! - Звонко крикнула Айлентина. Оба тут же оказались возле нее. - Миндаль отравлен. Все кто его ел должны немедленно вызвать у себя рвоту. Мы срочно возвращаемся в замок. Сэр Берг пошлите гонца, понадобиться много теплой воды, молока и взбитых яичных белков. Меган, - она повернулась к камеристке. - Ты ведь не ела орехов?
- Нет, миледи, - Побелевшими губами ответила она.
- Тогда запоминай. У меня в лекарствах есть синий флакон - это рвотное. Ты каждой из нас, кто доберется до замка в сознании, дашь по десять капель этой настойки в теплой воде. Нас будет рвать, рвота должна быть до желчи. Потом дашь нам по десять капель из зеленого флакона. И пусть нас поят теплым молоком с взбитыми белками. Ты запомнила?
- Да, миледи. - Плакала Меган.
Суета вокруг стояла ужасная. Дамы вызывали у себя рвоту, их поддерживали служанки. Срочно седлали лошадей. До замка добирались галопом, леди Тее было настолько плохо, что один из рыцарей вез ее в седле впереди себя.
В замке их уже с ужасом ждали. Временами, почти теряя сознание, Айлентина с трудом держалась в седле. Она мысленно благодарила бога за то, что дочери Седрика не успели попробовать отравы. И она ругала себя за то, что затеяла этот пикник, да еще поехала в ненавистном дамском седле. Во дворе замка уже стояли Джеффри, Джозеф и множество слуг. Братья сразу поняли, что с их сестрами все в порядке, они только напуганы. А вот с мачехой беда. Джозеф подбежал к ее коню. С трудом Айлентина сняла правую ногу с раздвоенной луки дамского седла. Капитан Берг сидя на своем коне придерживал ее. Опираясь на плечо Джозефа Айлентина буквально сползла с седла. Она почти стекла на землю, когда голова ее сильно закружилась, ее сильно качнуло и если бы не подбежавший на помощь Джозефу рыцарь, она бы упала.
Пострадавших дам и герцогиню внесли в зал. Меган, дрожащими руками, уже отмеряла лекарство из синего флакона. Выпив его, несчастные мучились от жутких приступов рвоты. Потом Меган накапала по десять капель из зеленого флакона, как велела Айлентина. Когда рвота прекратилась всех унесли в их комнаты.
Айлентина почти не чувствовала, как ее раздевали и укладывали в постель камеристки. Не слышала всхлипываний, всегда готовых поплакать, Фелисити и Фелони. Тревожных голосов Джеффри и Джозефа. Она с трудом глотала молоко с белками, которое вливала с ложки Меган. Временами Айлентина впадала в забытье. Придя в очередной раз в себя она прохрипела cклонившейся Меган:
- Белый флакон...одна капля... церковный колокол. - И снова впала в забытье.
- Я ничего не поняла. - Меган обернула лицо в слезах, к стоявшему в ногах кровати Джеффри.- У миледи бред.
- Нет. - Резко бросил Джеффри. Он выхватил здоровой рукой из шкафа сундучок с лекарствами Айлентины. Открыв его он нашел белый флакон с почти черной, тягучей жидкостью. - Вот. - Он показал флакон. - Миледи сказала, что нужно давать отсюда по одной капле с каждым ударом колокола. "Церковные колокола отбивали время".
Меган выхватила у него флакон и капнув на ложку, добавила туда воды. Фелисити приподняла голову мачехе и Меган влила ей лекарство в рот.
Тихо вошел Джозеф. Он вопросительно посмотрел на брата, тот покачал головой. Они вышли в коридор.
- Что мы скажем отцу если она умрет? - Спросил Джозеф у брата.
- Не знаю. - Сквозь зубы ответил Джеффри прислонившись к стене. - Я корю себя за то, что разрешил этот пикник.
- Не вини себя. Если отравленный миндаль появился на пикнике, он появился бы и в замке. - Отозвался Джозеф. - А вот кто его поставил на стол, а главное, по чьему приказу выяснить надо.
- Ты прав. - Оттолкнулся от стены Джеффри.
Они пошли вниз расспрашивать всех, кто был на пикнике.
Лекарство из белого флакона оказалось чудодейственным. Все пострадавшие хоть и были в забытье, но у них прошло сердцебиение, к вечеру они перестали покрываться потом. Ночь в замке была тревожной, мало кто спал, ухаживая за больными, грея воду и молоко и взбивая белки. Все ждали утра. Если кто-то и должен был умереть, то в эту ночь.
Седрик постарался побыстрее закончить свои дела во Рочере. Ему хотелось домой в Осборн. К установившимся теплым отношениям с женой. Даже в пути, возвращаясь в Осборн он думал о Айлентине. Об ее стойкости и мужестве, об испытаниях выпавших на ее долю. Живя в один из самых тяжелых периодов, она не знала настоящего мира в стране. Ее любимая Бургундия постоянно отбивалась от нападок Франции и Испании. Борьба за трон в Англии. Фактически в Англии была вялотекущая гражданская война между дворянскими семьями претендующими на трон. И если до сего времени покойному Ричарду удавалось удачно политически маневрировать, сохраняя свои земли от разорения и опустошения, то неизвестно сумеет ли это он - Седрик. Да и их жизнь сейчас была далеко не безмятежна. Одно нападение на Джеффри и Джозефа чего стило! Было потрачено целое состояние на дополнительное укрепление замков. И сейчас Седрик периодически посещая свои обширные земли, постоянно что-то перестраивал и достраивал, возводя новые каменные стены и выкапывая рвы.
Седрику уже так хотелось покончить с битвами, хотя бы на время. Он хорошо понимал, что мир в стране не продлится долго. Он всегда должен будет отслужить положенные сорок рыцарских дней на службе у короля, несмотря на все свои заслуги и титулы.
Или, в крайнем случае откупиться, если не будет войны и активных боевых действий. А так же выплачивать десятину за свои земли в казну короля. А земли его теперь на много стали больше. К владениям графства Джефферс добавились обширные земли герцогства Сомерсби. И теперь он должен создавать новый дом, новый семейный очаг в замке Осборн. Обживать все по новому, на свой лад, на свои привычки и при этом как можно менее меняя старое. Он с радостью будет строить семейный очаг с Айлентиной - его леди, его женой, с женщиной, которая стала ему очень дорога.
Седрик поймал себя на том, что ,наверное, отказался бы ради Айлентины от всего своего земного достояния. Он сделал бы для нее все, что мог, о чем бы она его не попросила. "Черт" - Выругался про себя Седрик. - "Не знаю, как угодить собственной жене. Она завладела всеми моими мыслями! Как юнец все время думаю о ней! Господи! Это дурацкое соглашение! Как ее убедить отступиться от него? Как сделать так, чтобы она стала его женой по-настоящему?" - Седрик так увлекся своими мыслями, что постоянно натягивая поводья, совсем остановил коня. Левел послушно встал посередине дороги. Остановился и весь отряд. Тут же к Седрику подъехал Армьяс.
- Милорд? - Он вопросительно смотрел на своего господина. - Почему мы остановились?
- Что, Персиваль? - Седрик недоуменно уставился на Рыцаря. Оглядевшись он сообразил, что они стоят. - Опасность? - Седрик положил руку на рукоять меча. - Авангард отряда что-то заметил?
- Это вы остановились, милорд. - Пояснил Армьс.
Седрик, наконец понял в чем дело. И резко выбросил правую руку вперед.
- В замок, быстрее в замок! Мне кажется, что там что-то случилось.
И он галопом понесся вперед. К сожалению его предчувствия его не обманули. Еще спешиваясь с коня он понял, что что-то произошло. На крыльце, вместо жены его встречали заплаканная дочь и Джозеф.
- Отец. - Всхлипнула любящая поплакать Фелони.
- Что случилось? - Седрику было очень тревожно. - Джеффри?
- Нет, отец. - Успокоил обнимая его Джозеф. - Брат жив и поправляется. Ему тяжело спускаться.
- Тогда что? - Седрик перевел тревожный взгляд с сына на дочь.