Сначала был пир. Все проголодались и с удовольствием лакомились вкусностями под пение менестрелей и наблюдая за акробатами. А дальше все закружилось и завертелось само собой.
Начались танцы, игра в триктрак и бильбоке. Айлентина с удовольствием наблюдала, как веселятся люди в зале. Здесь были все. Домочадцы и гости, прислуга и замковая челядь, арендаторы и крестьяне в своих лучших одеждах. На Рождество в замок приглашались все. Айлентина видела, как с удовольствием танцуют падчерицы и их женихи. Джозеф по очереди приглашал дам Айлентины. Не отставали от него и рыцари служащие Седрику и Айлентине. Неожиданно оказалось, что друг Джозефа и Джеффри - барон Мориленд оказывает особые знаки внимания сестре Персиваля Армьяса - рыцаря Седрика. Хорошенькая белокожая, рыжеволосая Джейн Армьяс весело смеялась, показывая белые зубки. Барон Мориленд просто ухаживал за девушкой. Айлентина усмехнулась, увидев, как Джозеф потащил за руку в альков, целоваться под омелой, одну из ее молоденьких леди. Видела она и Седрика, чинно беседующего у камина с отцом Андрианом. Она была довольна - все получилось, как она хотела.
Облотившись рукой о спинку стула Айлентина с улыбкой наблюдала за всеми.
- Потанцуйте со мной, миледи.
Услышала она голос мужа у себя за спиной. Оглянувшись на него она увидела, что он улыбается загадочно и весело. Айлентина с улыбкой отрицательно покачала головой.
- Я уже отвыкла от танцев, милорд.
- Не рано ли, моя госпожа?
Айлентина пожала плечами.
- Ну же, Айлентина, не упрямьтесь. Уж если вы решили возродить все Рождественские обычаи, то давайте вспомним и этот. - Продолжал уговаривать герцог.
Седрик взял Айлентину за руку и потянул в круг танцующих, глядя ей в глаза.
- Вы не оставляете мне выбора, милорд. - Произнесла Айлентина насмешливо.
Танцующие бурно приветствовали их радостными возгласами.
Теперь Седрик держал ее за обе руки и закружил ее так, что ей пришлось держаться за него крепче, чтоб не упасть. Он смеялся глядя в ее глаза. Покрывало Айлентины развевалось, так сильно, что иногда даже закрывало низ ее лица. Теплые руки Седрика были такими сильными. Он притягивал ее ближе, чем того требовал танец, а потом снова отпускал. Рука Седрика скользнула вокруг ее талии и ей пришлось смириться с этим, потому, что они уже двигались по кругу вместе с другими танцорами. Она видела бросаемые на них одобрительные взгляды и поняла, что многие здесь присутствующие радовались за них.
- Миледи, я знаю, что одну из омел всегда прячут в тайном алькове для влюбленных. - Тихо сказал Седрик, наклонившись к ее уху. - Для тайных поцелуев.
- Это мы с вами оставим Джозефу. Он не вылезает из-под омелы.
- Но я буду настаивать, миледи! Вы меня слышите? - Так же тихо шептал жене на ухо Седрик.
Айлентина выбрала момент и с силой наступила ему на ногу, и довольно улыбнулась, когда он поморщился.
- Я должен получить вознаграждение за ваше озорство, Айлентина. Идемте под омелу.
- Ну думаю, милорд, тогда вам придется целоваться с самим собой. Пришло время вновь садиться за стол.
Танец кончился и Айлентина захлопала в ладоши, привлекая всеобщее внимание. Она снова пригласила к столу.
Когда все с шумом и гамом расселись, из дверного проема, ведущего на кухню появился Уильям. С помощью братьев он нес на большом серебряном блюде жареную кабанью голову, с вареным яйцом во рту, украшенную кружочками моркови и ломтиками лимона. Под торжественные песнопения символ богатства Рождества водрузили на господский стол. И Седрик торжественно отрезал от головы щеки. Затем передал их прислуге, чтоб их разрезали на мельчайшие кусочки и раздали всем присутствующим.
После застолья пришло время подарков. Первой дарила Айлентина. Детям мальчикам она подарила деревянные мечи и щиты, девочкам нарядно одетых тряпичных кукол. Восторгам самых маленьких участников праздника не было предела. Причем подарки делались всем детям - крестьянским, арендаторов, замковой прислуги и Уильяму, и сыновьям Рэтлендов. Падчерицам она подарили по отрезу небесно - голубого шелка, затканного серебряными бабочками. Леди Кэтрин Рэтленд достался шелк жемчужно-сиреневого оттенка. Не забыла Айлентина и дам своего окружения - все они получили ткань на платья. Джеффри, Джозефу и Седрику она подарила зимние дублеты из сукна. "Дублет-мужская куртка по длине немного ниже талии." Джеффри горчичный на енотовом меху, под цвет его глаз, Джозефу темно-желудевого на лисьем меху, что так соответствовало его темным волосам и глазам. Седрику же достался ярко-синий дублет на волчьем меху. Отдельно герцог, пасынки и все кавалеры и рыцари получили от нее кинжалы. Седрик тоже не остался в долгу. Уильям получил в подарок от отца свой первый шлем. Шлемы, но только кожаные, получили и все мальчишки, а девочки по отрезу беленого полотна. Не обошел герцог своим вниманием ни дам Айлентины, ни рыцарей, ни дочерей и сыновей. Перед женой он поставил небольшой резной ларчик искусной работы. Дамы сразу же сгрудились вокруг, желая увидеть, что там. Когда она открыла ларец все восторженно ахнули. На черном бархате лежали два золотых браслета с изумрудами и большой золотой бант - сковаж тоже с изумрудами. Айлентина благодарно обернулась к Седрику.
- Я подобрал подарок под ваши колдовские глаза, миледи, - каким-то особенным голосом произнес он. - И еще вот это - Седрик взмахнул руками и развернул тончайший зеленый переливчатый шелк. Он окутал им плечи Айлентины. - Его доставили из Флоренции, я надеюсь, вам понравится и из всего этого будет хороший наряд.
Айлентина протянула ему руку и он впервые поцеловал ей пальцы, а она благодарственно чуть сжала его ладонь.
Слугам раздавались вязаные чулки и варежки. Для крестьян были приготовлены узелки с угощением, сложенные в корзины у входа в зал. Там же были вязанки дров. Чтобы вернувшись домой крестьяне чувствовали, что праздник еще продолжается. Не забыли и об арендаторах. Даже отец Адриан получил новую сутану из грубой, но очень теплой шерсти и кипарисовые четки с распятием. Старый монах даже прослезился не ожидая к себе такого внимания и заботы.
Время было уже далеко за полночь. Уильям и дети Рэтлендов уснули в креслах, прижимая к себе подарки и их унесли в детскую. Да и остальные дети, если еще не спали, то клевали носами. Их отправили спать, в заранее приготовленную, хорошо протопленную комнату.
Пришло время Рождественского пирога. Джозеф нашел большой боб в своем куске. И тут же был объявлен Бобовым королем празднования всех Рождественских праздников аж до Двенадцатой ночи. На голову ему сразу же водрузили корону из пергамента. Из него вышел славный Бобовый король. Он даже не отказался, когда ему завязывали глаза, чтобы играть в жмурки.
Все, кто хотел играть, встали вокруг него, Джеффри раскрутил его с завязанными глазами. Толпа взревела от удовольствия, когда Джозеф зашатался, прежде чем смог восстановить равновесие. Он стал осторожно двигаться с вытянутыми руками. Он искал кого-нибудь, кого, согласно правилам, можно было бы узнать на ощупь. Женщины с визгом убегали, а мужчины, посмеиваясь, толкали его в другом направлении.
Джозеф поймал за широкий рукав Фелони, но она сумела вырваться. Потом он схватил за курточку подростка из челяди, но тот мгновенно сбросил курточку оставив ее в руках Джозефа, паренек встал на четвереньки и прополз по полу мимо него. Круг играющих то сжимался, то разрывался в зависимости от того, как двигался Джозеф. Айлентина стояла в задних рядах и веселилась вместе со всеми. Вдруг чьи-то руки втолкнули ее в разорвавшийся круг. Охнув она обернулась и увидела сияющие глаза Седрика. Все завизжали и заулюлюкали от восторга. Делать было нечего, чтоб не разочаровывать никого и не создавать о себе плохого мнения, приходилось играть. Айлентина расстегнула под подбородком жемчужную пуговицу и сняла головной убор, одним движением отбросив его за спину. Она даже не посмотрела подхватил ли кто-нибудь его. Подобрав подол платья Айлентина старалась бесшумно двигаться по кругу.