— А чего удивительно в том, что я люблю своего брата? — Вздёрнула она бровь. — Мы семья, чтобы ни было — семья.
— Ты… — Сасори махнул рукой в пространство, через миг ударив себя ладонью по лбу. — Чёрт, Сакура, не говори таких слов, они слишком… — Парень осёкся, но быстро исправился. — Слишком тепло сейчас звучат, а мы вообще-то тут спорим.
— Ты странный, — пожала плечами девушка, включив живой пофигизм для вида, и Акасуно это прекрасно понял.
Но Сакура видимо и не подозревала, что Сасори просто воспринял её легко сказанные слова не в том значении. Его сердце ёкнуло. Что ни говори, а «сестричка любит поиграть словами».
За окном послышался звук подъезжающей машины, и, переглянувшись, родственники кивнули, вставая и собираясь на выход. Но этот разговор оставил в душе обоих след.
Вернувшись домой, Сакура вела себя так, словно ничего и не было. Ну, это на её взгляд, для брата же она стала апатичной, замкнутой и словно уставшей. Ну и чем помогла их «поездка», так сказать?
Прошла неделя, и сейчас за общим столом сидели уже привычные для этого дома хозяева и гости. С приходом лета все экзамены были сданы успешно, чем и хвасталась Ино. Последнее время блондинка стала очень доброй и даже послушной, хотя, казалось бы, должна была рвать и метать из-за запрета на общение со Смайлом. Но Дей воспринял это как хороший знак и хоть сейчас совсем не слушал сестру, про себя усмехался.
«Однако Ино умеет быть милой, когда захочет», — отхлебнув ещё чаю, отметил в голове Тсукури. Дей взглянул на Сасори и тут же помрачнел. Хоть Акасуно и выглядел нормально, но Тсукури-то знал, что скрывалось у него за этой маской спокойствия. Тут же вспомнился их прошлый разговор, после посещения Акасуно бамбуковой рощи, отчего на миг чай показался тиной во рту.
Неделю назад…
Тсукури уже поздно заехал в дом, всё это время Сасори и Сакура весь день провели в поместье (ну, скорее всего, Сасори работал, а малышка Сакура читала у себя в комнате). Поэтому этот визит пусть будет неожиданным для Марионеточника, но зато Дей убедится — у его друзей, всё в порядке.
— Сасори-сама, к Вам Дейдара-сама, — постучав и приоткрыв дверь, аккуратно сказал дворецкий, на что Сасори кивнул, и тут же гостя впустили и закрыли за ним дверь.
— Ну что, трудовое пони, ещё коматоз не наступил? — со смешинкой в голосе поинтересовался Бомбардир, но тут же улыбка сама исчезла с его лица. Сасори хмуро перевёл взгляд с бумаг на него и обратно, словно никого не увидел, при этом в воздухе словно летали раздражение и сдержанная агрессия. Дей свистнул, засунув руки в карманы. — А понька всё не в духе, хм…
— Ты только за этим приехал? — не отрываясь от бумаг, ровным тоном спросил Марионеточник. Тсукури поджал губы.
— Не совсем. Ты на меня беседу с Собаку-но скинул, так ещё и к нашему русскому другу послал, а это всё равно, что в жо…
— Ближе к делу, — снова поднял на него голову Сасори. Блондин отметил, что у друга взгляд пустой, лишь что-то мерцает в нём, напоминающее подавленную злость.
— Чего ты такой? Я думал, что проведённый день в дали от всех с малышкой Сакурой будет лучшим лекарством для тебя. Или она решила, что ты маньяк и убежала от тебя?
— Не твоё дело, — грубее ответил Акасуно, словно гипнотизируя друга взглядом и без слов говоря ему: «Уйди».
— Оу… Как-то мне неуютно…— наигранно поёжился Тсукури, — если ты с такой же рожей общался с Сакурой-чан, немудрено, что беседа результата не дала. Знаешь, ты бы почаще улыбку одевал, люди говорят она помо…
— Я рассказал ей правду.
— …гает. Прости, что? — Завис Дей. — Мне послышалось?
— Увы, нет.
— Да ты чокнулся! — Подбежал к столу и ударил кулаками по нему Тсукури, нависнув и смотря прямо на друга, который продолжал сдержанно молчать. — Да как у тебя… И что ты сказал?! Сакура, так и так, мы Хаяси, все хотят нас грохнуть, и теперь на тебя открыта охота! Ах да, забыл упомянуть, у тебя неведанная хрень в документах и ты возможно мне и не сестра! А если мы и родня, то как?! Мне же каждый раз встречи Гаара назначает, что бы решить этот вопрос. Но я не хочу его слушать, ибо если ты моя сестрёнка, то все мои ожидания рухнут как карточный домик! Ты вот это ей выпалил, идиот?!
Сасори всё время стучал пальцами по столу. Но на последних словах руками всё смахнул с поверхности стола на пол и, стиснув зубы, поднялся на ноги. Он подошёл к окну, став к товарищу спиной. Дей нахмурился, видя в отражении стекла, как тяжело дышит друг, но медленно Акасуно опять берёт над собой контроль. Может, Тсукури и зря на него надавил, но этот тоже хорош! Такое высказать Сакуре!
— Я сказал ей и правда многое, но не всё. Про, как ты выразился, «планы» и встречи с Гаарой — ни слова. Она услышала про документы, но я убедил её, что моей кровной сестрой является Сакура Акасуно и иначе быть не может.
— И она поверила? — Сложил руки на груди Бомбардир, с такой мимой, словно говоря: «Ну, давай, порази меня!»
— Нет.
— Ой, как неожиданно! — Закатил глаза Дей. На это его друг резко повернулся и нахмурил брови, но потом снова отвернулся, смотря в окно на ночное небо.
— Я не мог больше от неё прятать то, что ей нужно знать.
— А так теперь зашибись, да. — Похлопал в ладони Дей. — Сакура же такая послушная, никогда не лезет на рожон, и достаточно только сказать слова: «Не ищи, малышка, ты правды, там опасно», и она тут же мирно отойдёт в уголок! Очнись, придурок, это Сакура! Не ты ей дашь ответы, она сама их найдёт! И поверь, — показал на него пальцем голубоглазый, он заметил своё отражение в окне и взгляд Акасуно, — найдутся такие желающие, что помогут ей с поисками, чего только Учиха Саске стоит!
— А ты предлагал молчать, пока она сама не уйдёт на поиски, а потом не узнает правду от какого-нибудь урода, что в тот же миг её застрелит? — Как ни странно, но спокойно ответил Сасори. — Я сказал то, что сказал. А насчёт этого, не думаю, что у неё будет время хоть что-то искать.
— И с чего такие выводы, Шерлок? — С сарказмом наклонил голову на бок Тсукури. Сасори на это не отреагировал и продолжал смотреть в окно со сложенными руками на груди.
— Учихи звонили. Через две недели будет свадьба.
— Чего… — вновь расширил глаза Дей, медленно переводя взгляд на пол, а затем снова на спину друга. — Чёрт, и что делать?
— А что делать? — Поднял бровь Сасори.
— Ну, я не знаю! Может, уехать куда-нибудь! Документы сжечь, и, пока будут восстанавливать, что-то придумать! — Нервно размышлял Дей, но просто поразился, увидев безмятежность товарища. — Да что с тобой?! Раньше ты бы уже нашёл выход и был вне себя от бешенства, а что я вижу?
— Не знаю, что ты видишь. — Повернулся к нему Сасори, медленно подошёл к своему креслу и сел в него. Он подпёр подбородок рукой и отвёл взгляд в сторону.
— Сасори, что случилось? Ты сам не свой, — уже другим тоном и более обеспокоено спросил Тсукури друга. Что ни говори, но подобное состояние редко можно было наблюдать у Акасуно, тем более когда речь о Сакуре. Сасори молчал, взгляд в никуда и словно он весь в себе. Бомбардир уже хотел развернуться и уйти, чтобы дать другу время для мыслей, но…
— Каждый раз между мной и Сакурой словно кошка пробегает. Всё время мы то агрессивнее, то холоднее друг к другу. Да что говорить, до драки даже дошло… Я теряю её доверие, скоро могу потерять и её, тогда рядом окажется Учиха, к которому Сакура пойдёт сама… Тогда какой толк теперь срывать эту свадьбу?
Повисла тишина, Тсукури начал моргать чаще, словно всё это ему послышалось, но подавленный вид друга говорил об обратном.
— Так… — Дей выпрямился и хлопнул в ладоши. — Чего это ты так? Чокнулся, что ли? Хоть я и не за твоё, скажем так, «пристрастие» к нашей малышке Сакуре, но и быть не в ладах с сестрой — плохо. Давайте Вы пока друг от друга отдохнёте, а потом начни с малого, но стань уже братом для Сакуры-чан.
— Я и так её брат…
— Нет, я не об этом, — у Дея дёрнулось правое веко, но, выдохнув, он продолжил. Не любит он, когда его перебивают. — Давай прямо — ты странно себя с ней ведешь. И не спорь. А как насчёт того, чтобы просто быть братом: понимать, поддерживать, любить, но по-родственному? Это же легко!