Вспомнив про свою немного странную встречу с юной дроу, я, подавив желание заглянуть в чужие шкафы в поисках чего-нибудь съедобного, уселась на один из стульев и достала из своего пространственного мешка тетрадь по Йаку. Искать пришлось довольно долго, потому что все мои записи шли в таком порядке: сначала особенности магического уровня и другие тонкости по этому вопросу; затем о местности, то есть о землях, лесах, горах, реках и тому подобному; затем разнообразие местной флоры и фауны, а так же о разумных расах, населяющих мир; дальше о населенных пунктах, то есть деревни, города и так далее; и уже в самом конце упоминалось о местных обычаях, профессиях, семьях и делению «по сословиям». В данный момент мне нужны были обычаи, то есть ближе к концу, но далеко не конец. Да еще и мой почерк довольно сильно усложнял поиски. Вечность, и почему я так пишу-то, а?
Когда я нашла нужную мне запись, я сначала обрадовалась. Затем, вчитавшись, немного удивилась и несколько озадачилась. Интересненько получается, ничего не скажешь. По всем приметам выходило, что я все-таки беременна, да еще и отдала свое сердце кому-то. Второе можно было судить по тоненькому серебряному браслетику у меня на лодыжке, который я немедленно попыталась стянуть, но попытка увенчалась провалом. Объяснение странному поведению Сарранит заключалась в том, что дети у теней рождаются не так уж часто, тем более у клана демонов. То есть женщину, ждущую ребенка, чтили почти как богиню (их в Йаке, кстати, было две) и долгом каждой тени было оказать ей помощь, если то понадобиться. Того же, кто отказывал ей в просьбе помочь можно было спокойно отводить к страже, а еще лучше в академию, где его начинали обвинять чуть ли не во всех смертных грехах сразу. Правда, в итоге максимум, что с ним делали — сажали на недельку в темницу, но клеймо почти что предателя оставалось за ним на всю жизнь. Хорошенькие обычаи тут, даже слов нет. В прочем, в этой ситуации для меня только плюсы. Но я все равно не хотела считаться находящейся в интересном положение! Ну это же не правда, как никак. Может все-таки попробовать изменить внешность? Эх, поздно уже.
Когда я со вздохом закрыла свою тетрадь и разлеглась на столе, в кухню вошел незнакомый мне дроу. Он меня пока не заметил, потому что уселась я на самый дальний стул, а посему моя персона решила воспользоваться ситуацией и рассмотреть его. По всем приметам выходило, что он брат Сарранит и, как мне кажется, старший. Ростом тень была чуть выше своей сестры, а вот по длинне волос она от нее не отставала, разве что они не были заплетены. Телосложение у него было весьма крепким, от чего можно было предположить, что он войн. Так же это можно было уловить в его легких, но четких движениях, в каждом из которых так и сквозила нечеловеческая сила. Ну, что нечеловеческая, можно было даже не говорить. А еще у него были острые черты лица и темно-зеленые, как у Сарранит, глаза, что я заметила, когда он наконец удивленно замер, уставившись на меня. Я мило и невинно улыбнулась в ответ, стараясь, чтобы не было заметно узоров на моей руке. Выходило плохо, но вроде все-таки выходило. Именно по этому он хищно прищурился, немного придя в себя, и обманчиво спокойно поинтересовался у меня:
— Что ты тут делаешь?
— Отдыхаю, — невинно похлопала глазками в ответ.
— Как ты здесь оказалась? — продолжил допрос дроу, сделав шаг ко мне.
— Через дверь, — продолжала строить дурочку я.
— Это понятно, что не через окно, — хищно усмехнулся он, явно стараясь меня запугать. Не на ту напал.
— Почему? — округленные глазки и неподдельное удивление в мыслях.
— Потому что они заговорены, — фыркнул он, сделав еще один шаг в мою сторону с самым грозным блеском в глазах.
Всю эту ситуацию испортила Сарранит, которая вошла в комнату, когда я уже собралась ответить что-нибудь невинно-ехидное. Увидев своего брата (а в том, что это именно он я уже не сомневалась), она удивленно замерла на пороге, а затем, проследив за его взглядом, невольно вздрогнула. После этих действий она набросилась на своего родственничка, грозно шипя и явно мысленно ругая его на все лады. Я уселась на стуле поудобней, откинувшись на его спинку и скрестив руки на груди так, чтобы рисунок в конце концов стал виден. Дроу это заметил и, кажется, немного побледнев, быстрым шагом удалился с кухни. Сарранит же наоборот подбежала ко мне с извиняющейся улыбкой и робко проговорила:
— Простите моего брата, пожалуйста.
— Да ничего страшного, — беззаботно улыбнулась я.