Мы в последний раз проверяем, что ничего не забыли, расплачиваемся с хозяином таверны и направляемся в восточный квартал Серого города. Здесь неприятно пахнет смесью каких-то трав, дыма и отходов. То и дело встречаются едва стоящие на ногах пьяницы, кто-то спит прямо на земле, оперевшись на изгаженную стену, в тёмных углах ведут свои дела сомнительные личности. Завидев ворота, мы двигаемся медленнее, стараясь рассмотреть, что там происходит. Как и ожидалось, двери открыты, люди спокойно ходят туда-сюда, а стражники сосредоточились на повозках, изредка отвлекаясь на каких-то совсем уж подозрительных оборванцев.
Расположивших в тени одного из ближайших к воротам домов, мы киваем друг другу, и начинаем осуществлять план. Мои нервы на пределе, сердце словно пытается выпрыгнуть через рот. Эйден идёт первым, и я внимательно слежу за ним, стараясь успокоиться и сделать дыхание более размеренным. Он исчезает в арке за поворотом, и я, укутавшись в тени, проскальзываю за ним. Он идёт, слегка пошатываясь, а я крадусь вдоль стены, не отпуская тень.
– Эй ты! Стоять!
Я вздрагиваю и чувствую, как сердце пропускает удар. Но окликнули не меня, а Эйдена. Он разворачивается на звук и с глупым лицом молча поднимает руки. Стражник подходит к нему:
– Такой большой мешок подлежит досмотру. Открывай.
Заплечный мешок у Эйдена не очень-то большой, но он не спорит, а вываливает содержимое прямо на землю.
– Эй, ты чего брат, вываливать было не обязательно, – в голосе стражника нет никакой агрессии, лишь удивление.
Эйден продолжает играть роль пьяницы-молчуна. Стражник вздыхает и, присев на корточки, начинает копаться в вещах парня, но не находит ничего интересного – там одежда, мыло, немного еды. Его внимание привлекают только свитки.
– Карта? Зачем тебе две?
Эйден просто пожимает плечами и всё так же молчит.
– Чего молчишь? Отвечай на вопрос! – грубо рявкает на него другой стражник, но парень просто показывает на свои губы и пальцами делает крестик.
– Немой, что ли? – с ноткой сочувствия спрашивает первый, и Эйден виновато кивает.
– Видать, ещё и тупой – гогочет второй. Больше вопросов к парню у них нет, и они переключают своё внимание на очередную повозку, махнув, что Эйден может идти.
Я, спохватившись, продолжаю двигаться сквозь арку, пока Эйден сначала глупо кланяется, а потом собирает вещи с земли и укладывает их обратно в мешок.
– Здорово ты придумал с немотой, – говорю я, натягивая поверх штанов длинную юбку в пол – это моя временная маскировка. Я и подумать не могла, что мы так легко проникнем в город.
– О, просто они не заслуживали слышать мой великолепный голос.
Я закатываю глаза, и мы тихо смеёмся.
Выбирая самые темные и безлюдные проулки, мы двигаемся к центру города. Простая деталь моего образа в виде юбки превращает меня из подозрительной личности в распутную девицу, которая, не желая, чтобы кто-то заметил её с новым партнёром, скрывает лицо под плащом. Маскировка невесть какая, но лучше, чем ничего. Эйден сказал, что в образе Тени – одетая во всё черное и кожаное, и укутанная в плащ – я гораздо больше выделяюсь. Мой наряд и не предназначен для хождения по улицам у всех на виду, так что спорить я не стала и сделала, как он сказал. Идти по крышам пока всё равно небезопасно – на улице еще есть люди, которые могут это заметить и счесть подозрительным. Я стараюсь не расходовать эфир, поэтому прячусь в тень только по необходимости. Сейчас я чувствую себя гораздо спокойнее, чем в прошлый раз, но всё равно нервничаю. Только теперь к тревоге примешивается чувство какого-то предвкушения. Мне кажется, ещё чуть-чуть, и я воссоединюсь с сестрой – моим единственным членом семьи. Столько времени я посвятила её поискам, столько городов и деревень обыскала, и теперь, когда я так близка, я точно не отступлю. Удачно, что у Эйдена есть свитки телепортации – даже если со мной что-то случится, он точно сможет улизнуть. Ему незачем идти на тот риск, к которому я уже давно готова.